02/09/18 Четыре месяца. Хватит пороха в пороховницах до шести?
02/08/18 Три месяца. Что дальше? Не знаю, мы так далеко никогда не заходили!
Шутим, заходили. И вас заведём.
02/07/18 Два месяца. Растём, крепнем, играем, флудим. Пробили несколько уровней дна. Всё по плану.
02/06/18 Месяц как собираем самый амбициозный капустник ролевых ветеранов. Вы пожалеете, но вам понравится.
09/05/18 Нам неделя — всем по сливочному пиву! Открываем Еженедельный Пророк и читаем колонку новостей.
02/05/18 Ровно двадцать лет прошло с Битвы за Хогвартс. Мы решили открыться в тот же день, чтобы не забыть, когда праздновать. Достаём волшебные палочки и готовимся приключаться! Квесты для разогрева уже ждут своих героев.
Mulciber × Watkins × Orpington
сюжетные перипетии список ролей занятые внешности нужные персонажи шаблон анкеты запись в квесты гостевая книга
ГАРРИ ПОТТЕР И ЗАПУТАННЫЕ ДЕЛА
лето/осень 1993 года × эпизоды × 18+
маленькие посты × полная импровизация
ВЫСКАЗЫВАНИЯ ВЕЛИКИХ
Я убью тебя, Гарри Поттер. Я тебя уничтожу. С этого дня никто на свете не будет сомневаться в моём могуществе. С этого дня, если и будут говорить о тебе, то лишь о том, как ты умолял меня, просил меня о смерти, — и я, милосердный Тёмный Лорд, согласился.

1993, HP: TWISTED THINGS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1993, HP: TWISTED THINGS » Эпизоды из прошлого » 7/11/1992, sleep for today but tomorrow we fight


7/11/1992, sleep for today but tomorrow we fight

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Sleep for today but tomorrow we fight

ГЛАВНЫЕ РОЛИ

ДАТА, ВРЕМЯ, ПОГОДА

МЕСТО СОБЫТИЙ

Oktavia Reinhard
Cuthbert Oakby

7 ноября 1992 года
унылый и темный из-за грозовых облаков осенний день; на улице сильный ветер, холод и повышенная влажность

Лютный переулок
магический Лондон

СЮЖЕТ
Первое совместное задание новоявленных напарников привело их обоих в Лютный переулок, самую грязную и бедную его часть.

+2

2

- Рейнхард!
Октавия ниже опустила голову, делая вид, что крайне увлечена чем-то лежащим на столе. Может, так нагромождение папок, свитков и разного барахла скроет её двухцветную макушку от внимательного взора орущего Долиша. Она же знала, зачем он её ищет. И совершенно не хотела сейчас отзываться. Под нос лезла какая-то бумажка, и женщина схватилась за неё автоматически, а потом в глаза бросилось слово "исчезновение". Основным расследованием по этому делу (а скорее всего, трём делам, их вот-вот объединят) занимались другие, Тави была на подхвате и страховке, но последняя справка их архива почему-то легла именно на её стол.
- Рейнхард!
Голос Долиша гаркнул над самым ухом, и Октавия подскочила, резко выпрямляясь. Естественно, ей в макушку впилился подбородок коллеги, и они издали синхронное "уй!". Она потёрла ушибленную голову, Долиш сделал шаг назад, тряся головой. Кажется, ему досталось немного больше.
- Кто выезжал на опрос МакРайт?
- Саманта, - припомнила Октавия, всё ещё рассеянно потирая макушку.
Стащила с волос зачарованную заколку, прочесала пряди пальцами,  а потом тугой жгут, слинявший от тёмных натуральных  корней к светлым с сиреневым отливом концам, уложился и закрепился сам собой. С полгода назад ей срочно нужно было изменить внешность без оборотного зелья, и кое-что пошло не так... Разумеется, с тех пор аврор так и не нашла времени и душевных сил исправить свой внешний вид. Всё равно скоро само отрастёт и можно будет просто отстричь, так чего суетиться?
- МакРайт навешала ей лапши, кажется, не силой убеждения. В общем, время и место не совпадают, надо начинать сначала.
- Ладно. За окном то же дерьмо, что и вчера?
- И позавчера, - буркнул Долиш. - Возьми кого-нибудь.
- И кого же?..

Женщина внимательно прочитала имя и фамилию на карточке стола, но стоило отвести взгляд, и она была уверена, что ошибётся с произношением. Странно, что она никогда раньше не интересовалась, как его зовут, этого парня. Видела, конечно, все они тут друг другу примелькались, но как-то в голову не приходило имя спросить. Впрочем, нет, не странно. Для Рейнхард абсолютно нормально.
- Катберт... Окби, - произнесла она с паузой, пробуя имя на вкус. "Примерила" зрительно. Не подходит. Ну совсем не в ту степь. - Оригинально. Прости, если ошибусь, окей? Рейнхард.
На этом она сочла церемонии законченными, развернулась и направилась к одному из каминов. Зеркало связи привычно лежало в нагрудном кармане, мантию так же привычно до этого заменил укороченный её вариант, больше напоминавший кейп. Длина традиционной одежды не мешала Рейнхард - хорошему аврору, как известно, ничего мешать не может - но там же грязи по колено и льёт всё время, таскать на себе грязную тряпку вместо одежды... Спасибо, нет. Да и путешествия через ту же каминную сеть гораздо безопаснее, когда одежда на тебе короче и более... прилегающая. Октавия почесала бровь, размышляя, в каком заведении им лучше объявиться, прежде чем идти в лавку миссис МакРайт. Через плечо бросила взгляд на нового напарника, изучающий и уже слегка предвзятый. Парень ей не нравился. Пока немотивированно.
- "Белая виверна", - огласила, как приговор, своё решение Октавия. Ей тогда не пришло в голову, что Окби на самом деле лишь на полгода её младше (а не на пять лет, как ей казалось), а опыта в Аврорате у него даже больше, так что Рейнхард без зазрения совести приняла на себя роль старшей, а значит, главной.
- "Белая виверна", - чётко повторила женщина, стоя в камине и бросая себе по ноги горсть летучего пороха.
Перед глазами вспыхнуло зелёным, и Октавия привычно зажмурилась, когда в лицо дохнуло пламенем. Странно, что ресницы и брови каждый раз не сгорали, вот была бы потеха. В холодное время года по каминной сети хорошо было перемещаться между домами (не успеваешь замёрзнуть) или с улицы в помещение (успеваешь согреться). Руки прижало к бокам, в ушах нарастал гул, и буквально за несколько секунд Рейнхард успела взмокнуть, как если бы бежала несколько миль. Наконец ноги стукнулись о камень, под каблуками захрустели остатки угля и выгоревшего пороха, и Октавия поспешила выйти из камина, чтобы некто Окби не приземлился ей на голову.
В "Виверне" никого было особо не удивить вываливающимися из камина личностями. Тем более на Октавии не стояло клейма "аврор", ну по крайней мере, пока она не начинала разговаривать. Так что женщина спокойно сделала пару шагов, стряхивая с волос и плеч пепел. Ладони стали серыми. "Класс", скептически скривив рот, Тави воровато оглянулась, не прибыл ли там этот... напарник (имя его на язык категорически не ложилось), и отёрла руки о и без того чёрные и запылённые брюки. Достать зеркало, чтобы посмотреть, не перепачкано ли лицо, она не успела. Окби вышел из камина, такой же засыпанный пеплом, лоб пересекала полоса копоти, чёрные брызги осели на носу как веснушки, и Тави не смогла сдержать лёгкой, будто случайной улыбки.
- Камин давно не чистили, - пробормотала она, доставая палочку. -Уберу? - и не дожидаясь толком ответа, заклинанием "почистила" Окби лицо. С остальным сам справится. - Нам надо через три дома отсюда и немного наверх. Лавка Лионеллы МакРайт, официально - торговля магическими предметами, особенно часами. Что там на самом деле... Пошли. Тебя ввели в курс дела об исчезновении наследников волшебных семей, так называемых приближенных к чистокровным?
На улице было именно так дерьмово, как предсказывал прогноз. Ветер с первой секунды пробрался под одежду, и по телу побежали противные мурашки холода. Сырые порывы плевались в лицо моросью, и Октавия рефлекторно подняла воротник и поёжилась. Посмотрела на Катберта (ну и имечко!) и снова отвела взгляд, внимательно рассматривая каменный тротуар под ногами. Скользкие камни, мало ли. Окби её как-то... нервировал. Надо было разобраться.

Отредактировано Oktavia Reinhard (2018-08-21 11:19:54)

+2

3

Катберт дрых прямо за рабочим столом. Ноги, испачканные в лондонской грязи, - лежали поверх исписанных пергаментов, руки сложены на груди, голова откинута на спинку кресла, рот приоткрыт, а из груди вырывалось утробное храпение. Над головой аврора летали присланные коллегами записки, и часть бумажных самолетиков то и дело предпринимала попытки спикировать вниз. В эти моменты Берт лениво отмахивался от них, не открывая глаз.
Его разбудил настойчивый стук в дверь. Окби резко выпрямился, ноги с грохотом опустились на пол, и в следующий момент Кат сквозь сонную пелену уже рассматривал стоящую перед ним женщину. То ли у нее было что-то не так с волосами, то ли остатки сна никак не желали уходить, но вокруг головы дамочки горел сиреневый ореол. Берт тупо смотрел куда-то в область ее переносицы, пока мисс Октавия Рейнхард, та-самая-у-которой-собственное-мнение-на-каждый-твой-чих, что-то ему объясняла и даже выдавливала из себя подобие приветствия.
Кат провел ночь на улицах Лондона, изрядно вымок, кажется, заработал себе простуду (спасибо, что в штаб-квартире отыскались зелья против жара и кашля) и изгваздался в грязи по самые щиколотки. Он намеревался вернуться в Министерство, выпить чашечку кофе, дописать отчет и отправиться на заслуженных выходной домой. Но в определенный момент что-то пошло не так, и Катберт нашел в себе силы только высушить одежду (даже не задумываясь над тем, чтобы очистить грязь с ботинок), хлебнуть снадобья и тяжело опуститься в рабочее кресло. В следующую минуту его сморил сон.
И теперь он устало ковылял вслед за Рейнхард, леди-железная-воля или мадам-три-пачки-за-день, как за глаза называла ее часть авроров, и тщетно пытался подавить зевок. Октавию в Аврориате уважали, многие даже питали к ней определенную симпатию, но и побаивались в одно и то же время. Вероятно, именно чувство неясной тревоги и неуверенности, возникающее рядом с этой женщиной, вынуждало некоторых придумывать Рейнхард беззлобные прозвища. Катберт никогда в подобном не участвовал, говорунам не потакал, но и резвиться им не мешал, считая, что в том нет ничего дурного до тех пор, пока шутки остаются всего лишь шутками.
Женщину Катберт помнил еще со времен Хогвартса, и она мало изменилась за прошедшие годы: такая же неприступная и похожая на колючий куст - с какого бока не подойди, обязательно поранишься. Оттого Окби не был в восторге, следуя за Рейнхард к камину и вслед за ней загребая внушительное количество летучего пороха. Отправляться куда-либо (а сонный мозг отказывался переваривать полученную ранее информацию) Берту чертовски не хотелось, а делать это в компании ледяной королевы - и подавно. Однако он понимал, что просьба сопровождать волшебницу на допросе в Лютном переулке никак не могла быть прихотью (такое в штаб-квартире редко можно было встретить) или чьей-то блажью, а Катберт Окби все еще оставался отличным сотрудником Министерства.
— “Белая виверна”! — ему только оставалось надеяться, что непослушный язык правильно произнес название пункта назначения. В то же мгновенье перед глазами вспыхнуло зеленое пламя, в ушах засвистело и вихрь закружил Катберта. Замелькали многочисленные камины, в носу защекотало от пепла, и волшебник едва не пропустил нужный “выход”. В последний момент он рванулся вперед и оказался на ковре в небольшом помещении, обставленном аляповато и безвкусно.
— Пора ввести закон об обязательной чистке каминов, — криво улыбнулся Берт, принимая от Октавии помощь. Он прошел ладонью по всклокоченным темным волосам и ощутил на пальцах крупинки пепла.
— Спасибо Тебе следует поработать и над своим, — мужчина кивнул в знак благодарности и неопределенно махнул в сторону лица Рейнхард, обращая внимание аврора на толстую полосу пепла на ее щеке.
Он вышел вслед за ней на улицу, под ногами тут же чавкнула грязь, холодный ветер наотмашь ударил по лицу. Берт застегнул тяжелую куртку из драконьей кожи и спрятал руки в карманы. От привычной магам мантии он давно уже отказался, сменив ее на фамильные вещицы или недорогое магловское барахло, с каким не жалко было расставаться.   
— Если тебе не сложно, то расскажи подробнее, — Окби пришлось повысить голос, чтобы ветер не унес его слова кататься по брусчатке Лютного переулка. — Последние несколько недель я был занят другими делами, так что о деле наследников слышал лишь краем уха.

+2

4

- ...Который никто не будет исполнять, кроме тех, кто и так чистит, - пробормотала Октавия, больше себе под нос, чем коллеге.
Рейнхард работала достаточно давно, чтобы не питать иллюзий насчёт законопослушности магического сообщества. Впрочем, маггловского тоже. Все они были изначально просто люди, со способностью к волшебству или без неё. И у людей всегда были крайне запутанные отношения с рамками, нормами и правилами. Тави, разумеется, относила себя к самым обычным людям, не мнила себя в чём-либо особенной и спокойно "вешала" сама на себя ярлыки, записывая в ту или иную категорию. В частности, аврор относила себя к той части населения планеты Земля, которым правила нравятся, которые выполняют законы не из-под палки, под угрозами или от осознания их неизбежной правильности и необходимости для выживания, а потому, что эти самые правила здорово упрощали жизнь. Например, избавляли от мучительного процесса выбора. Для Октавии любой выбор, относящийся к категории морали и к эмоциональной части жизни, был непрост.
Чего нельзя сказать обо всех остальных сферах.
- А, чёрт... - женщина поморщилась и взмахнула палочкой около своего лица, очищая то от последствий перемещения по каминной сети.
Хороши они придут на допрос, нечего сказать. Два уставших, промокших, чумазых и мрачных аврора. Ну хорошо, уже не таких чумазых. В другом случае Октавия бы сочла, что такое появление лишь добавит эффектности, но МакРайт было не взять никаким визуальным рядом. Рейнхард вообще думала, как бы им с Окби не пришлось спешно изобретать хоть что-то внушительное, чтобы расколоть этот "орешек". Не зря, ох не зря в рядах авроров было такое удивление, когда выяснилось, что свидетелем последнего похищения выступает владелица лавки магических часов в Лютном... Лионелла МакРайт славилась не только своей деятельностью, столь же сомнительной, сколь и гениальной, но и, скажем так, своеобразным характером. С ней старались не иметь дела даже те, кто мало кого боялся и считал самым страшным монстром на районе именно себя. При этом никто не мог внятно сформулировать, чего так боится за порогом неприметной для Лютного лавочки, и блюстителям порядка тоже пока нечего было официально предъявить ведьме. Торговля? Да. А где нарушение закона? Налоги уплачены, документы в порядке. Свойства предметов? Ну, милые, убить чем угодно можно, не говоря уже о банальном вреде. Обращаться надо правильно. Технику безопасности соблюдать. Чистить, ухаживать, приносить на профилактику... Когда был последний ремонт? Ах, никогда? Ну так какие претензии? Проверяйте сколько влезет.
- Конечно, - пожала плечами Октавия. - Официально это дело не называется никак, но в прессе, естественно, уже налепили громких ярлыков, так что мы теперь тоже зовём его "пропажей наследников". До третьего случая их никто не связывал, теперь вот-вот объединят и создадут группу. Так вот, если мы правильно установили первое исчезновение, то три месяца назад пропал 18-летний Магнус Розен, старший сын, собственно, семейства Розенов. Лет двести живут в Англии, по происхождению австрийские евреи. - Для аврора Рейнхард не было неважных деталей, и она не одобряла тех, для кого были. - Последние лет двадцать всеми силами стремятся доказать свою чистокровность и влиться, так сказать, в элиту, - тут женщина выразительно фыркнула. Разумеется, она не разделяла бредовые фашистские взгляды. - Но их не признают, хотя там по родословной если магглы и были, то давным-давно. И вот в один вечер сын не вернулся домой от друга. И ещё через день, и ещё, и родители забили тревогу. Случаю не придали особого статуса, всякое бывает, - Рейнхард замедлила шаг. Они почти пришли, а рассказать ещё было что. Из палочки, поднятой вверх, появилось прозрачное подобие зонта, прикрывшее Октавию и Катберта. - Высуши нас пока, - с просьбами у аврора были так себе отношения. - Так вот, дело Розена легло в стопку "не срочно", но через полтора месяца исчез ещё один парень. 19 лет, единственный наследник семьи, считающей себя чистокровной, но не имеющей тому подтверждения от британских магоснобов. И окончательно серия стала серией две недели назад, когда средь бела дня в Лютном переулке был похищен 17-летний Джеремайя Виони. Этому-то свидетелем якобы и стала Лионелла МакРайт, владелица и главный мастер вот этой лавки. Одарённая и опасная скользкая... волшебница, - стараясь быть деликатной, охарактеризовала Рейнхард. Потянуло закурить, и Октавия даже опустила руку к карману, но отдёрнула. Надо завязывать вообще. - Там много чего есть, - вдруг понизила голос женщина, придвигаясь под зонтом чуть ближе, - но то, что сделало ей имя в этой среде, - понятно, в какой этой, раз они в Лютном переулке, - часы. Разные виды зачарованных часов. И что они делают и как - никто толком не знает, а кто знает - не говорят. Показания, которые она давала Брине, не сошлись ни с одним календарём или сводкой. И сдаётся мне, миссис МакРайт дезинформировала Аврорат не случайно или по незнанию. Смотри в оба, Окби. И не утруждайся расчётами: если что-то покажется тебе странным или опасным - скорее всего, так оно и есть, и нужно действовать.
Вообще-то опыта у напарника было не многим меньше, чем у самой Октавии. Но это же Рейнхард, заносчивая-стерва-Рейнхард, которая всё лучше всех знает и всё норовит за всех сделать. Потому что вокруг идиоты и обязательно накосячат. На самом деле же Октавия искренне желала лишь самого хорошего и безопасного себе, коллегам и тем, кого они защищали и спасали. Но не все понимали её порывы правильно, в основном, бесились, огрызались, а потом совались мордой в пекло или жопой на ежа. Таких Тави никогда не жалела, и подкалывала потом нещадно, со всей тяжеловесностью своего юмора.
Интересно, пройдёт ли проверку этот, с серьёзными глазами и дурацким именем.
- Так, раз пока не очень в теме, подстрахуешь? А я начну, - и снова не то предложение, не то приказ, который не обсуждается.
В лавке было, вопреки шаблонам, тепло, светло, просторно и довольно уютно. Свет преломлялся в сотнях стекол часов. Каких тут только не было: песочные, водяные, солнечные, наручные, карманные, настольные, огромные напольные с маятником, настенные с резными стрелками... Часы были повсюду, и даже другие предметы носили налёт этой тематики. В глубине зала стоял стол, средней высоты, широкий и по виду очень устойчивый. Тёмного дерева, покрытый бордовым сукном, как в конторах, на разлапистых ножках. За столом сидела хозяйка, невозмутимая, будто и не заметившая посетителей. Глядя в увеличительное стекло, она крошечными щипчиками что-то подправляла в механизме изящных часиков на серебряном браслете. В рисунке Октавия разобрала цветы, молнию и круги. Странное сочетание.
- Добрый день, миссис МакРайт. Я аврор Рейнхард, а это...
- Ну какой же добрый, - звучным голосом перебила колдунья, не отрываясь от своего занятия, - раз я чиню ваши часы. Присаживайтесь, я почти закончила. Возьмите себе стул, молодой человек.
Авроры переглянулись, Октавия кивнула - мол, ладно, делай как она сказала. Присев к столу, Рейнхард огляделась ещё раз, настороженно, не пытаясь казаться непринуждённой.
- Вы обманули нас, миссис МакРайт. Зачем?
"Очень тонко. Очень. Блестящая работа. Ещё сразу арестуй". Но Тави и сама не знала, с чего вдруг рванула с места в карьер. Аврорское чутьё, возможно. А может, опыт подсказывал, что с такими, как Лионелла, игры не пройдут. Она разгадает их мгновенно, как замечает любую неполадку по изменившемуся звуку тиканья часов. Как она не сходит с ума в этом вечном шелесте секунд, усиленном многократно...
- А зачем вы портите свои же часы, деточка? Вы портите, а мне чинить?
- Миссис МакРайт, у меня нет никаких часов. Давайте поговорим о том, что действительно важно, а шоу оставьте для покупателей. Мы проверили ваши показания, касающиеся исчезновения мистера Виони, и они не совпали с действительностью. Итак, вы указали, что в районе четырнадцати часов, а точнее, без восьми минут - вы же и настаивали на точном времени - вы видели, как молодой человек, позднее опознанный вами как Джеремайя Виони, зашёл в "Лавку Коффина", так?
- Нет, - огорошила вдруг Лионелла МакРайт, вперив прямой тёмный взгляд в Октавию. - Это ваша коллега настаивала, а я лишь не отрицала.
- Поясните...
- Видите ли, милая, - усмехнулась колдунья,стекло на циферблат, - время - истинно волшебная материя. Взгляните, сколько времени показывают эти часы?..
"Если тебе кажется, что где-то здесь подвох - здесь подвох".
Октавии Рейнхард очень остро казалось, что подвох в этой лавке повсюду, они буквально сидят внутри подвоха, и колючие "челюсти" капкана вот-вот сомкнутся над головами. Женщина перехватила палочку через карман поудобнее (поэтому-то она никогда не носила ничего в карманах верхней одежды - через дырки легче выхватывать палочку из потайного шва) и перевела взгляд на циферблат изящных наручных часиков. Стрелки хищно полыхнули серебром, Октавия моргнула и озвучила увиденное:
- ... Десять тринадцать.
Миссис МакРайт слегка улыбнулась и кивнула. Бледный лучик солнца золотил пылинки, танцующие над сукном столешницы.

+1

5

Стоило Октавии начать рассказ, и усталость Окби как рукой сняло. Он весь подобрался, как пес на охоте, обратился в слух и призвал на помощь все свое чутье. То самое, без которого не обходился ни один аврор. То самое, которое Берт успел натренировать за годы магической войны так, что серебряный звоночек магической интуиции он слышал еще задолго до того, как опасность появлялась на горизонте.
— Припоминаю, пусть и смутно, — серьезно кивнул он, действительно отыскивая в собственной голове файл с пометкой “Розен”. Катберт и впрямь в то время был занят делом, связанным с одним из Пожирателей смерти. По улицам Лондона пошли слухи об одном из приспешников Лорда, избежавшем наказания и числившимся пропавшим без вести. А к шепоткам на узких улочках авроры прислушивались с таким же вниманием, как и к официальным новостям.
Оказавшись под магической защитой заклинания, Катберт вытащил собственную волшебную палочку и едва видимым движением запястья в считанные секунды высушил одежду Рейнхард и свою собственную. Он не произнес ни слова - невербальная магия в бытовых заклятиях была плевым делом - поэтому не пропустил ничего из того, о чем продолжала рассказывать Октавия.
В тусклом свете не погожего дня железная леди Рейнхард выглядела уставшей и измученной. В данную минуту она казалась гораздо старше и опытнее самого Окби (даже несмотря на то, что ростом едва доходила ему до плечей), но Берт прекрасно помнил, что в Хогвартсе она училась всего на курс выше. А уж в опыте борьбы с темными искусствами явно ему уступала.
Кат попытался скрыть улыбку, но не сдержался - она тронула его губы и зажглась в чуть прищуренных серых глазах волшебника. Если мисс Октавия хотела командовать - кто он такой, чтобы лишать ее этого маленького удовольствия? Тем более, зная упрямый нрав арора Рейнхард, Окби не исключал, что, начни они препираться на пороге “Белой виверны”, задание пришлось бы надолго отложить.
— Разумеется, — послушно согласился он, не переставая улыбаться. Подстрахует, последует, примет правила аврора. Не потому, что сам лишен лидерских качеств, а потому, что в любой ситуации, о какой бы ни зашла речь, женщине лучше уступить. Уступить, а потом исправить все при необходимости. Починить, вернуть на места, сделать вид, что ничего не случилось.
В помещение лавки Катберт прищурился от яркого света. Блики, отражающиеся во множестве сверкающих поверхностей, слепили глаза. Создавалось ощущение, что из черно-белого мира они вдруг попали в цветной, полный красок и света. Едва уловимо пахло чем-то резким - наверное, смазкой для механизмов. Со всех сторон доносилось мерное тиканье часов, и из-за того, что каждое из них звучало на свой лад, Берту показалось, что он очутился в самом центре роя мелких насекомых. Шшшш. Шшшш.
Немолодая волшебница выглядела так, словно к ней каждый день заходит компания авроров в черном с мрачными лицами и волшебными палочками наперевес. Ни секунды замешательства, никаких признаков растерянности, удивления или страха. Она даже не подняла глаз он лупы, увеличивающей ее лицо до размеров откормленного на убой поросенка.
Окби кашлянул в кулак, многозначительно глянул на Октавию и опустился на указанный ему стул. Несколько секунд он поерзал, поворчал, устраиваясь удобнее и, наконец,  уселся, широко расставив ноги и оперев локти на колени. Волшебную палочку Катберт принялся расслабленно покачивать в пальцах. Вся его поза буквально кричала о расхлябанности, однако волшебник подался вперед и постарался перенести вес тела на мыски, чтобы в случае необходимости за секунду оказаться на ногах.
Октавия начала беседу ровно так, как Окби себе представлял - в лоб. Эта женщина, по-видимому, не была любительницей изящных маневров. Он прислушивался к странному диалогу (создавалось ощущение, что Октавия и МакРайт играют одна в плюй-камни, а вторая в магические шахматы, и каждая при этом убеждена, что следует единственно верным правилам), а сам осматривался по сторонам.
В этом помещении, полном звуков и света, можно было чертовски легко сойти с ума. Катберт переводил взгляд с одних часов (латунных с резными львами по четыре стороны квадратного циферблата) на другие (маленькие и серебряные, явно нашедшие бы свое место на бюро в гостиной какой-нибудь очаровательной волшебницы), за ними - на третьи, и… Окби вдруг напрягся. По затылку поползла вереница мурашек, от чего волосы зашевелились.
Часы показывали разное время. И, наверное, это можно было бы списать на безалаберность или невнимательность хозяйки, если бы невнимательность была обычной чертой часового мастера.
Окби услышал ответ Октавии и всем корпусом повернулся в ее сторону. Крошечный медальон у него на шее издал звук, похожий на тот, что издает натянутая струна.
— Два пятьдесят, — поправил он Рейнхард. В образовавшейся тишине его голос прозвучал чересчур громко.
Может быть, не пятьдесят, но время определенно точно приближалось к трем часа по полудню.
Катберт поднялся с места и в один шаг преодолел расстояние до Рейнхард. Из голоса исчезла насмешка, из движений - расхлябанность. Окби сжал палочку в левой руке, а вторую опустил на плечо коллеги.
— Два пятьдесят, миссис МакРайт, и вам лучше пояснить, что здесь происходит.

+1

6

- Десять тринадцать.
- Верно, - кивнула Лионелла МакРайт, возвращая часики на подставку и прицеливаясь щипчиками в очередную шестерёнку. - И у вас стало на несколько часов в запасе больше.
Октавия растерянно моргнула, тряхнула головой, отмечая странную лёгкость и будто остаточное головокружение. Свет в помещении изменился, и все стрелки сдвинулись в разные стороны, и дрожащая в воздухе некоторая размытость линий навевала какую-то ассоциацию, но Рейнхард никак не могла её ухватить и хмурилась. Где-то за спиной неслышно возвышался напарник, абсолютно ей не мешая, и не подавая признаков жизни. Откуда она знала, что он там? Знала и всё. Не оборачивалась, не обращалась. За её спиной, Тави чувствовала. И это в кои-то веки вдруг показалось ей важнее того, чтобы видеть или слышать.
- Миссис МакРайт, вернёмся в делу. В тот день, 25 октября, вы видели в Лютном молодого человека, чью колдографию вам принесла аврор Сабрина Теллер?
- Да, - согласилась колдунья, аккуратно возвращая на место хрупкое стекло, прикрывающее циферблат.
- Где именно вы его видели?
- У "Лавки Коффина".
- Он входил?
- Не уверена.
- Выходил?
- Дорогая, молодой человек стоял, держась за ручку входной двери. Он мог размышлять, входить ли, мог чего-то ждать, мог обдумывать уже произошедшее, покинув лавку. Откуда я могу знать, что именно он там делал?
Октавия чуть пожала плечами, вынужденная согласиться. Действительно, такая поза не давала прочного основания сделать вывод, что Джеремайя Виони именно входил в помещение... Неужели Теллер так явно схалтурила?..
Шелеста секунд не было слышно. Рейнхард осознала это внезапно, ещё внезапнее и резче, чем до того поняла, что стала полагаться на эфемерные понятия, а не факты. Чувства, ощущения... Это не о ней.
Прищурившись, Октавия огляделась подозрительно. Пальцы потянули палочку из кармана, и прохладная древесина легла поверх стола.
- Миссис МакРайт, что здесь происходит?..

Аврор Октавия Рейнхард застыла на стуле, как живая статуя, глядя в пространство перед собой и едва заметно шевеля губами без звука. Она словно вела телепатическую беседу с кем-то незримым. Она не обратила ни малейшего внимания на вопиющее нарушение собственного личного пространства, хотя обычно в ответ на несанкционированные и не необходимые прикосновения Рейнхард реагировала резко, чётко и иногда болезненно. Сейчас же женщина больше напоминала куклу.
- Это у вас два пятьдесят, а у неё - десять тринадцать. И будет десять тринадцать, пока я не переведу часы. Её часы - Лионелла МакРайт была всё так же уверена в себе и даже выглядела благожелательной. - Очень хорошо, что вы с ней. Та, первая аврор была так же напориста, но и вполовину не так хорошо понимала, что делает. Она никогда не смогла бы раскрыть исчезновение мальчика. Её часы - простенькая поделка, идти будут долго, но... бессмысленно. Вы бы убрали палочку, молодой человек, - посоветовала волшебница, с некой угрозой сжимая пальцами крошечное колёсико механизма, - во имя Мерлина, я не желаю зла ни ей, ни вам. У этой девочки уникальные часы. Красивые, сложные, нуждаются в постоянном ремонте. И каждый день готовы остановиться. Вы же не хотите, чтобы они встали сегодня? Как ваше имя, молодой человек?
Аврор представился, однако палочку убирать не был намерен, и пожилая дама рассмеялась тихонько, шелестом секунд, совсем как её чёртовы часы. Длинная стрелка часиков, которые держала в руках МакРайт, подрагивала, дёргалась, но не двигалась с места. Время как будто замерло. Очень хотелось вернуться на свой круг, но пока не могло.
- Вы спросили, что здесь происходит... Мало кто понимает истинную суть и мощь времени. Почти никто. Волшебники думают, что изобретя хроноворот, омут памяти, порталы и прочие полезные приспособления, они смогли приручить время, подчинить его себе, но это глубокое заблуждение! Время - единственная абсолютно неумолимая сила. И сейчас, когда вы так явно его торопите, и меня вместе с ним, вы даже не осознаёте, что вообще-то приближаете собственную смерть, - и женщина снова засмеялась, довольная своим замечанием. - Впрочем, это не угроза, нет, и вашей коллеге абсолютно ничего не угрожает. Она сейчас ведёт допрос, кстати. И уверена, что вы находитесь с ней, за её спиной. Впрочем, это правда. Можете допросить меня на этом слое, а когда она вернётся - сверите показания. Может, тогда поймёте, что делать дальше...

- Ох, все задают этот вопрос... А где - здесь?
Октавия огляделась ещё раз. Тишина и смазанный свет. Она не в Лютном, не в лавке, но всё выглядит именно так! Омут памяти? Но тогда Рейнхард не могла бы вести беседу, просто была бы зрителем. Она... подчинена? Нет, описания говорили иное... Легилименция? Октавия настроилась и попыталась выкинуть МакРайт из своей головы, начиная злиться на Окби, который истуканом там стоит, ничего не делая. Она же велела смотреть в оба! Страховать. Какой он напарник, если дал ей так легко влезть в... во что-то?!
Никому нельзя доверять. Ещё один урок на ту же тему.
- Дорогая, я не применяла вторжения в сознание, помилуйте! - возмутилась волшебница, крутя в пальцах часики. - Но вы хотя бы не пытаетесь убить меня, как ваша коллега...
- Сабрина пыталась вас убить?!
Это не лезло ни в какие ворота! Неужели Теллер так забылась или так испугалась, оказавшись под влиянием этой странной магии, чтобы забыла азы, принципы их работы?
- Она из тех, кто ломает двери. Вы тоже, но что-то мешает ломать их все, не так ли?
- Миссис МакРайт! У нас правда мало времени. И у похищенных подростков его и того меньше, может, вовсе нет, но мы ищем преступника, вы это понимаете?!
- Ну конечно, - по-матерински улыбнулась Лионелла. - Но вы спрашивали о времени, когда я видела мальчика... Который час был, когда вы ко мне пришли?
- Около трех часов дня, - осторожно ответила Октавия, стараясь не смотреть ни на один циферблат.
- А когда я спросила вас?
- Десять тринадцать... - уже менее уверенно, осознавая, сказала аврор. - Вот дерьмо...

+1


Вы здесь » 1993, HP: TWISTED THINGS » Эпизоды из прошлого » 7/11/1992, sleep for today but tomorrow we fight