02/09/18 Четыре месяца. Хватит пороха в пороховницах до шести?
02/08/18 Три месяца. Что дальше? Не знаю, мы так далеко никогда не заходили!
Шутим, заходили. И вас заведём.
02/07/18 Два месяца. Растём, крепнем, играем, флудим. Пробили несколько уровней дна. Всё по плану.
02/06/18 Месяц как собираем самый амбициозный капустник ролевых ветеранов. Вы пожалеете, но вам понравится.
09/05/18 Нам неделя — всем по сливочному пиву! Открываем Еженедельный Пророк и читаем колонку новостей.
02/05/18 Ровно двадцать лет прошло с Битвы за Хогвартс. Мы решили открыться в тот же день, чтобы не забыть, когда праздновать. Достаём волшебные палочки и готовимся приключаться! Квесты для разогрева уже ждут своих героев.
Mulciber × Watkins × Orpington
сюжетные перипетии список ролей занятые внешности нужные персонажи шаблон анкеты запись в квесты гостевая книга
ГАРРИ ПОТТЕР И ЗАПУТАННЫЕ ДЕЛА
осень 1993 года × эпизоды × 18+
маленькие посты × полная импровизация
ВЫСКАЗЫВАНИЯ ВЕЛИКИХ
Я убью тебя, Гарри Поттер. Я тебя уничтожу. С этого дня никто на свете не будет сомневаться в моём могуществе. С этого дня, если и будут говорить о тебе, то лишь о том, как ты умолял меня, просил меня о смерти, — и я, милосердный Тёмный Лорд, согласился.

1993, HP: TWISTED THINGS

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » 1993, HP: TWISTED THINGS » Летопись завершённых историй » 02/10/1993, Is It Wrong?


02/10/1993, Is It Wrong?

Сообщений 1 страница 20 из 31

1

IS IT WRONG?

http://s8.uploads.ru/bKsqw.gif http://sh.uploads.ru/KXUHp.gif
lana del rey - love

ГЛАВНЫЕ РОЛИ

ДАТА, ВРЕМЯ, ПОГОДА

МЕСТО СОБЫТИЙ

Sophie Fawcett & Roger Davies

02.10.93, вечер

Запретный Лес

СЮЖЕТ
Потерявшийся пушистый питомец стал причиной нарушения очередных запретов. И раз уж они всё равно там, то почему бы не попрактиковаться немного магии и не побыть вдвоем в тишине?

+1

2

[indent] Люци никогда не отличался хорошим воспитанием. Нет, не так. Люци - самое непослушное существо, чей маленький мозг генерирует до пяти проделок в минуту. С учетом скорости, которую может набрать эта маленькая гадость, выходит, что пушистик та ещё головная боль. В ее жизни он появился в начале лета, когда уставшая волшебница возвратилась в родной дом и обнаружила у себя в комнате персик, который жалобно урчал и перекатывался по ворсистому фиолетовому покрывалу. Люций - пра-пра-пра-прадед Фосетт, который был известен в волшебных кругах своими работами по магозоологии, исследуя существ на севере Европы, в частности в Швеции и Дании. Его фундаментальный труд о шведском короткокрылом драконе помог в будущем создать специальный заповедник высоко в горах, где существо не чувствовало себя в клетке, но и не доставляло неудобств волшебникам из-за своего ярко-синего пламени, пожирающего некогда маленькие деревушки, простирающиеся вдоль шведских долин. Бабушка рассказывала, что родич был непоседлив, все время находил себе приключения вне зависимости от возраста и не раз представал перед магическим судом, но выходил сухим из воды, объясняя все свои действия стремлением получить о волшебном мире как можно больше знаний.
[indent] Люци тоже исследовал мир, тоже попадал в передряги, не раз за лето столкнувшись с соседским котом. Крики о сбежавшем пушистике не раз заставляли Дэвисов поднимать тревогу и отправляться на поиски существа, переворачивая весь дом и сад. В итоге, Люци ловили и на чердаке, и в лапах кота, и даже в банке с вареньем, оставленной возле кровати с ночных посиделок в комнате Роджера. Пушистик был ненормален согласно меркам, установленным учебником по «уходу за существами», но для Софи он был самым милым и самым хорошим, напоминающим ее, то, как часто она бывает до сумасшествия дикой.
[indent] Первого сентября Люци посадили в клетку и упрятали на глубину сумки - впервые он отправлялся в долгое путешествие под названием «Хогвартс». Софи боялась, что в замке шансы потерять пушистика высоки и надо с особой заботой относиться к питомцу, в том числе не забывать закрывать дверцу клетки, когда она уходила на занятия. Ночью же пушистику было позволено ползать по соседкам, ковыряться у них в волосах. Для Люци ночь была символом свободы, он чувствовал, когда заходило солнце, что предвещало для него скорейшую прогулку по кроватям и игру с Хелен. Кстати, именно с Хелен Люци полюбил спать, посапывая прямо у неё под носом. Именно с Долиш Софи отправилась после ужина гулять, прихватит впервые и пушистика, решив, что маленькому безобразнику нужно побыть на свежём воздухе, а не в душной девчачьей спальне, где все время пахло духами или благовониями, спонсируемыми Патил, которая была на два курса младше.
[indent] Сперва Люци вёл себя хорошо, пристроившись на плече Хел, тихо урча, боясь пошевелиться. Возле опушки было в тот день по-особому осенне - яблони склонили свои ветви с поздними плодами. Где-то в момент подпрыгивания до высокой ветки и обсуждения насущных проблем Люци и сбежал. И все бы ничего, но крошечный персик укатился туда, куда не следовало бы, но будь его мозг не размером с грецкий орех, все могло бы быть иначе.
Расстроенная Софи вернулась в замок и с таким же расстроенным выражением лица зашла в гостиную, отбрасывая куда-то в сторону кресел сорванные плоды.
[indent] - Роджер. - Ее печали не было границ, а объятия сидящего на диване рейвенкловца были тёплыми и нежными, от чего стало ещё невыносимее. - Люци... Люци сбежал, Роджер. В лес. Я виновата. Не надо было. Не надо было брать его с собой. - Софи уткнулась в грудь Дэвиса носом, смахивая слезы пальцами, стараясь, чтобы никто не увидел ее слабости. С тех пор, как она стала девушкой капитана их сборной (несколько дней назад), приходилось держать себя в руках и не свершать глупостей, дабы не нагнать на себя и Дэвиса неприятностей. Один малейший проступок и Роджера могли лишить самого дорогого - квиддича. Этого она не могла допустить, потому и решила, что детские забавы должны остаться в прошлом. Но одна мысль от том, что бедный Люци сейчас блуждает где-то там в темном и опасном лесу, сводила ее с ума. А то, что парочка вот так лежала, захватив весь диван, уже никого не смущала. Все про все знали и не подавали виду, что удивлены.
[indent] - Роджер, как думаешь, он ещё жив? - Сквозь слезы говорит Софи и продолжает тереться об Дэвиса мокрыми щеками.

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-06-30 08:21:33)

+1

3

[indent] Субботнее утро в его графике прочно закрепилось за тренировкой на поле. Пока остальные спали или подтягивали хвосты, бегая по полупустым кабинетам и уговаривая преподавателей принять пораньше очередное эссе, дабы иметь возможность уйти на прогулку в Хогсмид, юноша занимался. Он вставал рано, пропуская прием пищи, и сразу отправлялся на площадку, где успевал размяться до прихода команды и подготовить им снаряды. Ребята стенали, ныли, просили дать им побольше сна, но не опаздывали, опасаясь нарваться на наказание, и спустя пятнадцать-двадцать минут втягивались в ритм. Им всем была важная хорошая подготовленность, как залог победы, но Дэвис, помимо этого очевидного факта, еще стремился проявить себя в качестве хорошего капитана. Однокурсники поверили в него, пошли за ним - волшебник не мог позволить себе подвести их, проиграв на Кубке.
[indent] Вспотевшие и уставшие, спортсмены чувствовали накатившую душевную бодрость: всю дорогу до раздевалок они шутили, гоготали и толкались, по-дружески задевая друг друга и обсуждая планы на оставшуюся часть дня. Младшекурсник уходил к своим товарищам, Чанг планировала подтянуть Чары с деканом после плохо написанной контрольной, а мальчишки собирались всей гурьбой прогуляться в паб, чтобы пропустить по стаканчику сливочного пива в отличной компании. Они долго уговаривали брюнета пойти всем вместе и тот еле отбился от их натиска. Приняв душ они скопом добрались до гостиной факультета, не упустив возможности поёрничать над Роджером: слух о его отношениях с блондинкой давно облетел Школу и приятели списывали нежелание прогуляться с ними на попытку позажиматься с девчонкой. Отчасти ребята были правы: рейвенкловец слишком долго был вдалеке от нее, чтобы первый примирительный выходной провести раздельно. Кстати, новость о том, что лучшие друзья стали парой, кажется, никого не удивила. Если не считать стайки поклонниц, провозгласивших Софи самой коварной студенткой Хогвартса. Общие друзья, узнавшие обо всем из первых уст, выдохнули что-то вроде «уже думали не доживем» и довольные пошли собираться на уроки.
[indent] Когда чародей пришел назад в башню, блондинка успела уйти на прогулку вместе с Хелен. Заняв один из диванов, мальчишка лениво вытянул ноги и устроился поудобнее, наблюдая за тем как мимо снуют однокурсники. Некоторые останавливались ненадолго, перекидываясь с ним парой фраз, а другие даже делились припасенным со вчера перекусом, чем еще больше создавали ощущение у волшебника, что он устроился здесь как довольный кот. Вернувшаяся спустя час Фосетт тут же юркнула к нему под бок, выражая всем своим видом вселенскую скорбь. Рейвенкловец обнял её, не зная как лучше отреагировать: чаще всего, когда случались неприятности, блондинка была скорее рассержена, чем опечалена.
[indent] Сквозь сопение в его грудь пробивались слова, обрисовывающие не лучшую картину: Люци опять сбежал. На этот раз в Запретный Лес. Дэвису очень хотелось бросить задиристое «удивительно, что он до сих пор жив», но он прикусил язык, тактично промолчав и убедительно кивая головой, дескать, живее всего живых её питомец. Дело в том, что после их разговора на Астрономической башне, Софи заметно старалась вести себя прилежнее обычного и рейвенкловец пытался поддержать её, угомонив свой поток острот. Конечно, их вряд ли хватит надолго, но подобное стремление всё равно вызывало уважение.
[indent] - Всё с ним будет нормально. Вспомни, сколько раз он сбегал и возвращался целехоньким, - немного отстранив однокурсницу, брюнет вытер её слезы со щек ладонями и поцеловал в лоб. - Пойдем заберем его? А то одичает еще, начнет питаться акромантулами и Хагрид убьет нас за разрушенную экосистему, - фыркнув, мальчишка осмотрелся, проверяя не подслушивает ли их кто-то, а потом наклонился к собеседнице и перешел на заговорщический шепот.  - Иди оденься потеплее и скажи девчонкам, что пошла в оранжереи, проверить что-то по последнему заданию, а я скажу своим, что пошел почистить форму в раздевалку. Встретимся на нашем месте у главного входа, - горячее дыхание вызывало на бледной девичьей коже мурашки. Засматриваясь на них, Роджер думал о том, что хотел бы просто проваляться здесь весь день с ней вдвоем. «Долг зовет». 
[indent] Меры предосторожности принимались не зря. Вечер неминуемо приближался, а из-за беглых преступников и двух нападений в Школе усилили слежку за студентами, поэтому стоило подумать о том, как запутать следы, дабы успеть вернуться незамеченными назад. Совсем не хотелось до Рождества отрабатывать у Филча или заполучить наказание похуже. Одевшись в подходящие для лесной вылазки вещи, рейвенкловец выбрался на улицу, вдыхая свежий осенний воздух. Прохлада на первом же вздохе забралась в легкие, даря ощущение свободы. Фосетт ждала на указанном месте, успев прийти раньше - очень хорошо, пускай взрослые считают, что ребята ушли отдельно друг от друга. Подойдя к блондинке, Дэвис распахнул мантию и достал шарф, который тут же накинул на шею девушки.
[indent] - Как и обещал, - на сине-бронзовой ткани переливались большие буквы, исполненные красивым шрифтом, собирающиеся в имя владельца вещи - «R. Davies». Подарок, доставшийся мальчишке при поступлении в команду и теперь законно перекочевавший к Софи. Обычные шарфы были у всех болельщиков и студентов этого факультета. Такой - только у нее

+1

4

[indent] Совсем один в глуши страшного и темного леса, неприступной стеной выросших по периметру деревьев блуждал сейчас Люци - маленький, совсем крошечный пушистик-персик, показавший не то, насколько смелым и отважным может быть существо, выбравшее путь в Запретный лес, а то, насколько оно неадекватно и глупо, что в любой другой раз могло лишь разозлить Фосетт; но ветер стих, бушевавшее внутри торнадо в один короткий миг замерло, застыло, все смолкло, оставив легкий бриз блуждать по волнам иссиня-чёрного моря. Репутация Софи рушилась, но она больше не цеплялась за неё. Она готова была передать ее кому-то, доверить, но хоронить она не спешила, притаившись тенью былой себя. Лишь по этой причине Софи не отправилась сразу же в лес, нарушая по старой памяти свод законов, тем самым навлекая на себя не одну беду. Она сдалась, и была ли это слабость, так внезапно опутавшая ее, или же голос разума, который она расслышала в последние два дня - слезы, заливавшие ее щеки и одежду Роджера, были искренними, неподдельными. И с этим приходило новое понимание. Как много раз он видел ее плачущей? Сколько раз она скрывала от него то, что испытывала на самом деле? Бесчисленное количество. Она слишком долго сдерживала в себе эти эмоции, выгнанные из души наружу, их уже было невозможно загнать назад. Софи понимала, насколько красными сейчас были ее щеки и нос, опухшими глаза, и ей хотелось теперь спрятать этот весь ужас подальше от пытливых глаз волшебника, так бережно обнимавшего ее. Девушка убрала с ресниц прилипшие влажные от слез волосы, заодно смахнув пальцами признаки своего бессилия.
[indent] - Но, Роджер..., - «Мы не должны этого делать» недоговаривает она, напряжённо выдыхая ему в щеку. То, что предлагает он - самоубийство в чистом виде. Пытки, если их поймают с поличным. Разрываясь между голосом разума, твердившим, что часы жизни пушистика давно истекли, и было бы лучше смириться, и тем, что друзей не предают ни перед лицом опасности, ни даже смерти (и все равно, если друг размером с апельсин), Фосетт внимательно смотрела на Роджера, надеялась, что он заверит ее в разумности планируемого, или передумает и убедит в обратном, но он молчал, ожидая ее решения.
[indent] - Только дождись меня, хорошо? Боюсь, если попаду Хелен на глаза, то так просто не сбегу. И я не верю, что у нас в лесу есть акромантулы, Дэвис. Не смешно, абсолютно. - Ее щеки все ещё предательски пылают, теперь она и думать не смеет, что с Люци что-то уже произошло, и вся затея Роджера бессмысленна. Не хотелось бы найти труп пушистика в лапах какого-нибудь жуткого существа. То ли от этих жутких мыслей, то ли от близости с Дэвисом, но ее будто бы бросают в ванну со льдом - кровь стынет, а сердце замедляет свой бег. Она ласкает глазами его щеки и губы, аккуратно поднимаясь и перелезая через спинку дивана.
[indent] - Лучше пойду, - демонстративно громко говорит она, - ты слишком горячий, Дэвис.

[indent] От Хелен не пришлось прятаться, не пришлось умалчивать о своих планах (врать ей она не собиралась), потому Софи обронила парочку фраз другим соседкам и, захватив длинный вязанный кардиган чёрного цвета, заменявший мантию в холодное время, она бежала со всех ног вниз, придерживая рукой почти пустую сумку. На все вопросы знакомых встречных она отвечала однозначно, боясь не столько наткнуться на профессоров, сколько на бешеных фанаток Роджера, преследующих ее по пятам. Но и от тех удалось отбиться без применения волшебства, набросив весьма озабоченный вид и игнорируя любые попытки заговорить. В итоге, из школьного ада она сбежала удачно, и теперь спокойно могла отдышаться, вдыхая полные лёгкие, но кутаясь в шерсть кофты с не менее тревожным выражением лица. И стоило Роджеру появиться на горизонте, как все плохие мысли о свершенном побеге растворились, уступив место особой нежности, раньше не испытанной, не вкушенной. Волшебник помнил о данном слове, преподнося обещанный шарф, который опаивал своей теплотой.
[indent] - Как давно я говорила тебе, что ты лучший? - Смущенно пробормотала она, пальцами въедаясь в синевато-бронзовую нить. - Нам надо идти, пока нас не хватились. Хотя... только дурак не поверил, что для меня есть что-то важнее сейчас, чем оставленный конспект по цапням в четвёртой теплице. Идём. - Софи уверенно хватает парня за руку и бежит в сторону лестницы, ведущей к домику профессора Хагрида, но и тут огибает ступени, направляясь по какой-то своей дороге, протоптанной чуть ли не впервые. Волшебница спотыкается в который раз, но только на десятый просит Дэвиса воспользоваться люмосом, отойдя на достаточное для конспирации расстояние.
[indent] - Так, давай подумаем, что эта маленькая гадость любит больше всего? Первое - выводить меня из себя, заставляя постоянно волноваться. Второе - сладкое. Пауки не могут быть сладкими, да и откуда тут пауки? Нам надо искать то, что для Люци может быть сладким... ягоды, например. Будь я пушистиком, на какую бы глупость пошла?

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-07-02 01:39:53)

+1

5

[indent] Запретный Лес стоило наречь как-то иначе. Пускай так же банально, вроде Темного, Мрачного, Поросшего Паутиной, но не настолько заманчиво. Сколько школьников схлопотало наказание по причине того, что название этого места на карте манило их подобно амортенции? Ведь если куда-то нельзя ходить, то обязательно выстроиться очередь из желающих немедленно нарушить правила. Или директор таким незатейливым образом поставлял работу для Филча, чтобы оправдать наличие в сотрудниках настолько противного и ненавидящего детей человека? О том, почему этот вредный сквиб и его кошка оставались в замке ходили леденящие душу легенды и ни одного вразумительного объяснения.
[indent] Возвращаясь к черно-зеленому морю, расстилающемуся перед ними, стоило заметить, что рейвенкловец никогда не рвался сюда попасть. Уход за магическими существами предполагал посещение небольшой опушки, к которой они уверенно приближались, освещая себе путь его волшебной палочкой, и этого ему было достаточно для удовлетворения любопытства. На родине его матушки находились более интригующие, наполненные антуражем древности, массивы, посещение коих входило во все развлекательные программы дедушки. Вот если бы недалеко от Школы обитали драконы или другие загадочные существа, то Дэвис непременно рискнул бы репутацией [и без того хромающей на обе ноги] и отправился бы на них посмотреть, а еще лучше потрогать. Однако ничего подобного здесь не водилось. Зато в одной башни с ним уже пять лет как проживала Софи - такой редкий, невероятный зверек, способный заманить брюнета в невероятные приключения одним своим существованием.
[indent] Её ладонь грелась в его руке; билась пульсом под всеми линиями, сплетенными воедино невинным, но важным жестом. Разум пытался удержаться за основную цель, но то и дело спотыкался об иные эмоции, теряясь в них. Теперь, когда они рискнули и у них стало получаться, Роджер уже не так цеплялся за долгие годы дружбы. Ему стало казаться, что всё это время он упускал более важные вещи, распаляясь на мелочи. Только Школа давала гарантию, что год за годом они будут встречаться в тоже время и в том же месте, и будут рядом несмотря ни на что. Будущее после выпуска - мутное, наполненное рассказами тех, чьи пути навсегда разошлись в разные стороны. Чародей опасался его, как магглы бояться любой неизвестности вроде магии или самих ведьм.
[indent] - Будь ты пушистиком, я бы вас обоих держал в сундуке, - ирогнизирует, пиная ногой толстую палку, дабы та не мешалась на дороге. - А так... я видел на поляне много красных ягод, но никогда не пробовал на вкус, - потому что не хочет провести следующие сутки в гостях у миссис Помфи. С названиями растений юноша не очень ладит, помня только растущие недалеко от дома, а уж про их пригодности в пищу позабыл давным-давно, отчитавшись на уроке или вернувшись из похода. - Как громко может урчать живот обожравшегося Люци? Найдем его по звуку, - хорошо, что спят они в разных спальнях. Девчонкам после трапезы маленького прожорливого комочка придется выслушивать ночное негодование его желудка.

+1

6

[indent] Запретный лес встречал их своими широкими и мрачными объятиями, цепляясь руками-ветками за одежду, будто бы пытаясь остановить, пока не стало слишком поздно, пока они не зашли так далеко в чащу, откуда обратной дороги могло и не быть.
[indent] Софи начинала жалеть только об одном - двух студентов недостаточно, чтобы выстоять против всех страшных тайн, что хранил лес. Не зря у него была не самая лучшая репутация, а учитывая побег опасных преступников, которые могли додуматься скрываться именно здесь, все принимало ещё более опасный поворот. Можно было бы прихватить с собой Долиш, но той в спальне не оказалось. После прогулки и потери питомца они расстались ещё на входе в Большой зал, у Фосетт не было никакого настроения идти ужинать, потому она и сбежала, оставив подругу на съедение сокурсникам, их бесконечной болтовне и сплетням, которые цеплялись сильнее, чем ветви деревьев, что теснились и выступали непроходимой стеной, которую двое студентов пытались обойти. Да и кто ещё мог согласиться на такое мероприятие? Кому бы пришло в голову на закате идти в Запретный, подвергая свою жизнь опасности, наплевав на все предупреждения директора (ведь не зря каждое первое сентября он говорил о запрете уходить в лес). Странно было то, что идея вовсе не принадлежала Софи. Поймав себя на этой мысли, волшебница недоверчиво посмотрела на идущего рядом Роджера. Ей не казалось, что он что-то скрывает, или что-то надумал себе такого, о чем предпочёл смолчать. Но странность его идеи вызывала противоречивые чувства, благодаря которым хотелось остановиться и спросить, все ли в порядке, не лихорадит ли того, и что, собственно, происходит. Девушка отрешённо пожала плечами сама себе, заверяя, убеждая, что ненормальная здесь только она, раз заподозрила во всей этой вылазке что-то неладное. Важнее - найти пушистика и вернуть в клетку. Клетку.
[indent] - Это чего ты меня решил в клетку посадить? Боишься, что убегу от тебя или украдут? - Прищуриваясь на летящий на конце палочки люмос, девушка стала идти медленнее, чувствуя, что вот-вот и они поймают маленького безобразника. Но нет, едва протоптанная тропинка уводила все дальше, а тени, отбрасываемые деревьями, становились все ужаснее.
[indent] Будь она пушистиком, уже давно бы каталась верхом на кентаврах. То, что в лесу обитал этот народ, Софи знала, слышала истории Эмили о дружбе между директором и разумными существами, которые предпочитали не высовываться из леса, довольствуясь жизнью в диких условиях, свободой. Она тоже хотела бы стать дикой. Не с туловищем коня, естественно, а уехать куда-нибудь далеко, и чтобы рядом был только Дэвис, Долиш и Люци. В горы, к кристально чистым озёрам, берегам быстрых рек, ледникам и пустыням. Где существование было бы определено не тем, кто ты есть, а самой непостижимой силой жизни, одного мгновения, сотканного из переплетений дня и ночи, красоты, рождённой природой. 
[indent] Увы, в этом лесу волшебница вовсе не чувствовала себя свободной. Напротив, ей казалось, что чем дальше они идут, тем плотнее прутья на их клетке. И ни единого намёка на звездное небо, отчего становилось ещё более тоскливо. Хандра бы одолела, не будь рядом Роджера, крепко держащего ее за руку - они справятся и вдвоём. Он тот человек, которому она готова доверить свою жизнь, а если столкнутся с опасностью, то все преодолеют вместе. И почему она этого не понимала до сих пор? Брести в одиночку не такая уж завидная участь. Человеку нужен человек, как бы он ни грезил о единении с природой и одиночестве. Ты можешь пройти тысячи миль, преодолеть непреодолимое, но тебе все равно нужен будет кто-то, с кем ты можешь разделить совершенное. Все наши победы ничего не значат, если в итоге рядом будет только отбрасываемая нами тень. И некому будет послушать урчание нашего желудка.
[indent] - Кхм, думаешь позарился на ягоды? Сомневаюсь, вот на кошку Филча он легко бы набросился. Я бы даже поставила пять кнатов на это зрелище. А вообще, - мысли Роджера не были такими беспочвенными - не он ли оттягивал пушистика от смородины, растущей у него в саду? - все может быть, может и ягоды. Веди тогда, о великий капитан! - Фосетт вырывает руку, принимая стойку хромого на одну ногу пирата и закрывает один глаз ладонью. - На поляну! И как хорошо, что я прихватила с собой остатки пирога с ужина  и конфеты... не то на одного урчащего пушистика сейчас было бы больше.

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-07-03 01:00:18)

+1

7

[indent] По выразительному взгляду молодого волшебника без лишних слов становилось понятно, что Люци и Софи для него обитали примерно в одной категории созданий с плохо развитым инстинктом самосохранения. Иначе не объяснишь их обоюдную тягу к приключениям, нарушениям запретов и трогательную внешность, западающую в душу и мешающую быть строгим при необходимости. Конечно, брюнет также был не из рядов покорных студентов, боящихся сделать лишний шаг в сторону, дабы не схлопотать гнева взрослых или не огрести дополнительных проблем. Себя он относил к какому-то среднему рангу, когда умудряешься влипать в приключения вместе с друзьями и при этом иногда хлопаешь дверью, уходя в темноту спальни и крича вслед «это без меня».
[indent] Правда теперь, став ближе к девушке, идущей с ним бок о бок, корабль доводов рассудка рейвенкловца заметно накренился к воде, зачерпывая бортом волны на судно. Еще на прошлой неделе, придя она к нему с отчаянной просьбой помочь спасти питомца, услышала бы в ответ адекватный план действий, составленный из обращения за помощью к декану, достаточно добросердечному, чтобы не отказать студентам в столь благородном порыве. Что же было сегодня? Слезы и необъяснимое решение справиться со всем самостоятельно. Причины упорно не выходили на свет, блуждая по потемкам сознания - юноша мог только смириться, ожидая пока эмоции улягутся и разум вернет себе бразды правления.
[indent] - Боюсь, что вы потеряетесь где-то в Подземельях замка, - фыркает, переплетая искренность с шуткой. Вылазки Фосетт, если припоминать ей игры со стихиями, давно перестали выглядеть обычным хулиганством. Она делала уверенные шаги к рискованным знаниям, а он, судя по плохо отпечатавшемуся в памяти дню, следовал за ней с бесполезным lumos перед собой. К слову об элементах. Роджер продолжал оставаться в нерешительности, неуверенный в том, что ему следует снова обращаться к огню. Это заманчиво, интересно и очень желанно, но как же упрямо противился внутренний голос, вопя, что они уже нанесли себе достаточно увечий. Волшебник раздобыл книгу, упоминающую об основных аспектах данной ворожбы, и не притронулся к ней за прошедшие дни.
[indent] Вечернее солнце спешило спрятаться за горизонтом, краснея от беспомощности перед лицом пугающего леса. Даже в самый ясный полдень его лучи едва пробивались сквозь густую, полумертвую крону могучих деревьев - нынче же у него не было никаких шансов поддержать отчаянных студентов в их опасном путешествии. Дэвис настороженно оглядывался вокруг, пытаясь не искать сомнительных теней, ловко превращающихся в ужасных чудовищ под действием богатой фантазии. Присутствие Софи вселяло в колдуна уверенность: он чувствовал ответственность за нее и не мог уже бояться так сильно, как хотелось бы. Да и если быть откровенным до конца, где-то по венам бродила разбуженная энергия, змеиным шепотом обещая, что мальчишка никогда не утонет во мраке. Не в физическом уж точно.
[indent] - Серьезно?! - Резко останавливаясь, маг разворачивается к подруге, всем своим видом выражая неподдельное возмущение. - У тебя с собой еда, а мы ищем ягоды? - Пушистики, не просто любители покушать до отвала, они настоящие мусорщики и готовы лопать всё, что плохо лежит, даже чужие сопли. Так что можно было просто лечь поспать. - У Люци на языке точно стоит локатор для поиска съестного, он со второго этажа чуял, что на кухне мама запекает лимонный пирог. Доставай свои припасы. Я конфеты на поляне раскидаю, а пирог можешь уже начинать крошить, вдруг он на наш след нападет, - опушка, на которой периодически проводились занятия, уже виднелась среди скрещенных ветвей и они все же до нее доберутся, но идея с тем, чтобы не бегать по лесу за зверушкой, а заманить его к ним, казалось Роджеру самой подходящей.

+1

8

[indent] Будь то колким замечанием в ее адрес, или же брошенным наугад копьём - Роджер попадает в цель, раня так, как никогда прежде, пускай и не показывает, что знает больше остальных, да и не должен, но сказанное им цепляется намертво своей костлявой рукой, затягивая в бездну подозрений. Важнее то, что она давно избавилась от этих мыслей, закопав так глубоко, куда не сунется живой, но нет, все-таки до неё доберутся в этой жизни, утащат в развёрнутую под ногами бездну. Она молчит. Ей нечего на это ответить, но злобно оборачивается назад, выцепляя из всего пейзажа лишь горящие в башнях огни. Она уже не откидывает от себя ветки, а агрессивно ломает, представляя, будто бы так звучат сломанные позвонки.

[indent] - Не подумала об этом, скорее меня заботило то, что я не ела с самого утра. Вот и зачем ты только напомнил про лимонный пирог… умру, но хочу попробовать его еще хоть раз. – И без того вымотанная за день физически и эмоционально София нехотя расстается с тем добром, которое выменяла в коридоре у младших. Еще оставались яблоки, но все отдавать она не решалась, передав в руки Дэвиса два из трех. На случай, если она начнет умирать с голода, оставшимся плодом можно будет заехать ей в голову, чтобы не мучилась долго.

[indent] Поляна встречает их безрадостно, будто бы кто-то испил жизненных сил у природы, оставив бледный и невзрачный силуэт. Всему виной сгущающиеся сумерки, или же тот факт, что октябрь не щадит осенней красоты, подготавливая почву для холодных объятий зимы. И в этом откровении было столько непередаваемой словами печали, что захотелось отмотать время назад в такое тёплое и веселое лето, когда единственной заботой было то, как бы случайно не признаться Роджеру в своих чувствах, чтобы он не подумал, что она окончательно спятила со всей этой своей магией.
[indent] Что до чар, то какая жалость, что элементами не воспользуешься для поиска. Все, что умеешь - придавать им определенную форму, контактирующую с материальным миром. Но если копнуть во всем этом поглубже, то можно увидеть взаимосвязь эмоций человека с силой первоэлемента, что даёт слабую уверенность в том, что они работают и на ментальном уровне.
[indent] Волшебница опустилась на колени, ладонями упираясь в землю, представляя, насколько дико это выглядит со стороны. Но земля не отзывалась, предательски молчала. Софи практически ничего не знала про элемент, пытаясь все делать интуитивно, призывая так, как это делала бы с воздухом или огнём, но все тщетно. Земля молчала.
[indent] - Черт! - Громко выругалась она, ударяя кулаками по рыхлой неприкрытой растительностью земле. – Я не могу просто сидеть на одном месте, Роджер, и ждать, что эта маленькая дрянь явится на запах съестного. Что, если все же им самим уже кто-то или что-то отужинало и сейчас выплевывает мех, задыхаясь в приступе кашля? - О таком думать она себе хоть и запрещала, но мысли о худшем невольно вылезали на первый план. На открытом пространстве поляны можно было разглядеть первые звезды, что появлялись нехотя на небе, мерцая скромно своим холодным синим светом. Волшебница подняла голову, стараясь собраться и овладеть своими капризными эмоциями, но руки все еще слегка дрожали, спрятавшись в пустых карманах кофты. Теплый шарф защищает от противного ветра, не столько холодного, сколько снующего по поляне в поисках, кого бы похитить в свое горное царство, отделяющее окрестности замка от остальной части Шотландии.
[indent] - Не замерз? - Софи все же решается расстаться со своим молчаливым одиночеством, настойчиво залезая под мантию Роджера руками.

+2

9

[indent] Конфеты щедро разлетались по кустам: шуршащие ароматные фантики отдельно от самого угощения. Запас приманки был недостаточно большим, чтобы обсыпать им весь лес, поэтому приходилось хитрить, увеличивая площадь захвата, и заодно привлекать внимание живности знакомым звуком. Кто-кто, а пушистик лучше всех знал на какие ноты стоит прибегать, дабы украсть или выпросить вкусный кусочек лакомства. Оставалось только надеяться, что кроме него в округе не отыщется иных любителей раннего ужина. Особенно, если эти гости окажутся не сладкоежками, а добротными хищниками. Ох, лучше бы кроме Ухода еще учили защиту от всяких магических тварей.
[indent] Софи потянулась к почве под ногами, словно пытаясь призвать на помощь саму землю, знавшую обо всем происходящем на ней - или ему это всего лишь показалось. Последнее время они много обсуждали магию элементов, но кто знает о чем еще девушка вычитала в своих сокровенных книгах? Рейвенкловцу приходилось ориентироваться на то с чем он уже столкнулся, а в большее он пока предпочитал не вмешиваться. Не то, чтобы ему не нравились интересы блондинки... скорее Дэвис переживал, что втянется сам, увлекшись неизведанными тайнами, и тогда они оба уйдут в головой в постижении очередных древних загадок волшебного мира. А домашнюю работу кому делать?! Вряд ли у остальных получится образумить новоиспеченную парочку, когда те окончательно переплетутся в клубок обоюдных увлечений.
[indent] - Если бы я считал, что его съели, то меня бы здесь не было, - в сложные моменты Роджер любил прибегать к холодной логике. Отбросив эмоции в сторону [увы, выходило не всегда] и вооружившись верой в лучшее получалось достичь невероятных результатов. Проверено спортом, учебой и дружбой. Впрочем, отлаженные механизмы часто давали сбой именно на блондинке, так что чародей был готов к сопротивляющейся и волнующейся Фосетт.
[indent] Замерзшие ладошки пробираются под черную ткань, вызывая волну разбегающихся мурашек. Волшебник отрицательно качает головой - погода выглядит мерзкой, особенно среди Запретного Леса, но ему комфортно. То ли одежда хорошо греет, то ли успел привыкнуть к прохладному климату из-за частых поездок на свою вторую родину. Зато обещанный шарфик оказался к месту. Роджер мягко поправляет его, закрывая открывшийся участок кожи. Взгляды на девушку, как и прикосновения, часто вызывают спутанные воспоминания похожие на облитые водой детские рисунки: смазанные очертания непохожие на реальные вещи. Основываясь на этом, крепнет желание найти способ восстановить память и перестать гадать о том, что же тогда произошло. Но... сейчас не об этом, да?
[indent] От неожиданного шороха справа Дэвис вздрагивает. Кто-то живой копошится в сторонке, облюбовав осыпающийся куст и гору листвы под ним. В одной руке у него всё еще сжата волшебная палочка, освещающая им дорогу, но теперь её острие направлено в сторону звуков и готово превратиться из факела в оружие. Интуиция, однако, молчит и не чует беды. Хороший знак. Не желая ни спугнуть нечто, ни стать добычей раньше времени, юноша медленно шагает по направлению шуршания и хруста, присматриваясь к очертаниям существа. Небольшое, круглое, жующее - очень любопытный и родной получается образ.
[indent] - Wingardium leviosa! - Свет меркнет и в такт движениям рейвенкловца из растительного убежища по воздуху выплывает Люци. - Живее всех живых! Лови! - С улыбкой, мальчишка отсылает питомца в объятья хозяйки. - Не задуши его от счастья, - в том, что пушистый непоседа останется безнаказанным и затисканным юноша даже не сомневался. Софи могла злиться на него сколько угодно, но прощала как только ловила, прижимая к груди. Трудно обижаться на тех, кого любишь. Особенно, когда этот объект чувство обделен мозгами.

+2

10

[indent] Уткнувшись носом в чёрную ткань, вслушивается в каждый шорох, скрип ветвей на ветру, в каждый новый звук, рисующий в воображении уродливые картинки с пушистиком в главной роли. Срочно нужно изобрести заклинание для установки слежения за питомцами и важными предметами. Например, частая пропажа палочки сопровождается криками и руганью на всю спальню. Но будь на палочке наколдованный датчик слежения - все было бы проще. Это как в старых маггловских фильмах, которые удавалось подглядеть у бабушки Роуз в Бристоле в сказочном ящике. Так Софи обзывала телевизор в возрасте четырех лет, тыча пальчиком в экран, пока две бабушки спорили между собой о том, с кем останется на лето малышка. Будь у пятнадцатилетней рейвенкловки такой датчик, то ни потеря палочки, ни потеря Люци не застали бы ее врасплох. Что уж говорить о жевательных конфетах, которые вечно пропадали из кармана мантии. Можно было бы обвинить мелкого засранца в набегах на сладкое, но куда тогда он девал фантики - загадка, достойная рассказа самого Бидля!
[indent] - Люци? - Прошептала волшебница, следуя за Роджером в сторону отвратительного шуршания. «Мелкий паразит! Только попробуй обожраться мне!»
[indent] - Люци! - Уже через минуту кричит она, прижимая комочек нежности к щеке. Оказывается, для счастья нужно так мало - чтобы дорогие тебе люди и существа были целы и невредимы. Ради них ты готов пожертвовать многим, в том числе и репутацией, не говоря уже о жизни.
[indent] Все ещё прижимая к себе пушистую радость, волшебница берет за руку парня, скрещивая свои озябшие пальцы с его, не в силах сдержать переполняющие ее в этот момент эмоции.
[indent] - Спасибо, Роджер! - Хочет добавить что-то ещё, но лишь многозначительно краснеет, ещё немного и станет совсем пунцовой от несказанных слов. Люци покорно урчит в другой руке, на сегодня его приключения не закончены, но для пущей безопасности он отправляется в сумку вместе с яблоком, которое Софи осознанно приберегла.
[indent] И можно было бы уже повернуть в сторону замка, пока их не хватились, но девушка не спешит, заглядывая в сторону стражей-деревьев, своими покачивающими ветвями гипнотизируя и приглашая в гости.
[indent] - Может..., - «не много ли для одного вечера?» - как думаешь, кентавры... они, как говорил профессор, действительно обитают здесь? - Должно было прозвучать как «пошли, Дэвис, поищем себе приключений на одно место, чтобы наверняка этот вечер запомнился надолго».
[indent] Согласно классификации Министерства и учебнику о фантастических созданиях, кентавры относились к категории опасных существ, но не из-за агрессивного поведения. Напротив, эти существа были разумны, владели человеческой речью, но из-за бесконечных споров во время Советов волшебников они сами себя причислили к категории «зверей», хотя по интеллекту ничуть не уступали и не уступают человеку по сей день. Они же вступились за права русалок, когда Совет возглавляла сама Эльфрида Клегг, тем самым показав свою состоятельность как существ, умеющих занимать определённую «гражданскую позицию». И за их благоразумие были причислены к четвёртому уровню опасности? Хотела бы Софи увидеть хоть раз в жизни кентавра, не говоря уж про то, что сделать попытку выведать какой-нибудь секрет, тем самым поставив в неловкое положение профессора Прорицаний, которую в будущем собиралась обходить стороной, дабы не навлечь на себя очередных неприятностей, связанных с похищением хрустальных шаров и игрой ими в коридорах школы.
[indent] - Боишься? - Заговорщицки лепечет девушка, отходя от волшебника в сторону едва заметной тропинки, что ведёт прямо в логово Запретного леса. - Если пойдёшь со мной, то на следующей ярмарке Новолуния я не буду клянчить у тебя лакричные палочки. Даже отдам всех желатиновых червячков и медвежат, а ты знаешь, как сильно я их люблю! Или хочешь прогуляться в такой безопасный Хогсмид?

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-07-06 01:42:56)

+1

11

[indent] И как ему пришло в голову, что у них может выйти обычная прогулка за пушистиком и обратно? Стоило ожидать, что девушка, заполучив в руки любимца и успокоившись, вспомнит о своей страсти к приключениям и попытается воспользоваться моментов. Они ведь уже здесь, вдвоем, до сих пор не искомые взрослыми. Дэвис вздыхает, закатывая глаза и скрещивая на груди руки - она знает его наизусть, легко считывая напускное возмущение. В их разношерстной компании полным благоразумием отличается Чемберс, у него отлично выходит отказываться от безумных идей еще в самом начале. Капитану до такого мастерства далеко. Он то сам, то по велению товарищей оказывается в эпицентре событий, вовлекаемый в приключения о которых потом будет жалеть.
[indent] - Ты же не думаешь, что они живут прямо тут, за сопкой в какой-нибудь лисьей норе? - Машет ладонью в сторону ближайшей возвышенности, заодно вопросительно приподнимая бровь. - У них должны быть дома... пещеры. - «Где вообще обитают кентавры?» - Мы бы заметили их следы, - рейвенкловец не спорит с утверждением, что эти загадочные существа могут на самом деле прятаться в глубинах Запретного леса, но до них определенно не добраться пешком за какие-то пару часов. Во всяком случае, будь Роджер кем-то вроде гибрида человека и лошади, он бы поселился в таких непроходимых дебрях, чтобы его наконец перестали изучать и тыкать пальцами.
[indent] - Ничего я не боюсь, - бурчит, лишь на толику уязвленный острой фразой, и легко забывает об этом когда Фосетт предлагает бартер. Кроме Люци рядом с ней есть еще, как минимум, один обжора и сладкоежка. - Смотрим мне, я же заберу у тебя всех медвежат и не пожалею, - почти незаметно щурится, оттягивая согласие на пару секунд. Голос разума зудит, что пора возвращаться в гостиную, даже для Хогсмида уже слишком позднее время. - Ладно, Фосетт, Мерлин с тобой, - всё-таки озвучивает одобрение, махнув во всех смыслах рукой на порядки и правила. Волшебная палочка перемещается на законное место, удобное для того, чтобы так же быстро достаться её обратно. - Всё равно ты испугаешься первой же тени похожей на акромантула и побежишь в замок, - настала его очередь ехидно уколоть колдунью, заподозрив её в известной девчачьей трусости.
[indent] - Вы с пушистым случайно не в сговоре? - Беря спутницу за руку, брюнет идет к указанной тропинке. Кто-то же её протоптал? Фантазия подкидывает не самые приятные варианты. - Избавитесь от меня в лесу, а себе найдете нового капитана, - даже тихий смех нарушает гнетущую тишину природы, но в тоже время ни у одного звука не получается найти выход из паутины ветвей.
[indent] - О, гляди! - Они проходят вперед несколько кустов, когда мальчишка резко останавливается и показывает ладонью куда-то влево. - Мурлокомль, - шипы, схожесть с грибом и всё остальное как и обещал кусающийся учебник. - И рядом с ним. Ээм, этот, правда, кем-то покусанный, - склоняя голову на бок, Дэвис с сомнением изучая следы от чьих-то острых зубов. Совсем не похоже на гномов, славящихся любовью к данному лакомству. - Как думаешь, тот кто решил проверить его на вкус уже сильно голодный? - Роджер не стал бы есть эту дрянь даже оказавшись на неделю один в лесу. Уж лучше отравиться каким-то ягодами, приятными глазу, чем уродливой поганкой, усеянной шипами.

+1

12

[indent] Не всегда это замечаем, но с возрастом наши инстинкты самосохранения частично притупляются. Мир вокруг не спешит меняться, а мы прикупаем затычки, чтобы ничего не слышать, не чувствовать и не видеть, реальность нас поглощает, переваривает и плюётся нашими страхами, детскими воспоминаниями. О том, что лес зловещ и опасен, им напоминать не надо. Подгоняемые адреналином и любопытством, они идут навстречу чудовищам из своей головы.

[indent] - Я так не думаю, - дуется она, сложив руки на груди и мечтая запустить в Роджера пушистиком, коль под рукой нет бладжера, - у меня по «Уходу» высший балл, если ты забыл. И нет тут пауков, с чего ты вообще это взял? Нигде, ни в какой книге не написано, что они обитают на территории Хогвартса, даже в Истории Школы, но ты уверено продолжаешь это утверждать. Что ты знаешь, Дэвис? - Не унимается блондинка, заспешив преодолеть весь путь до «сердца» леса за каких-то двадцать минут. Противные ветви, скрипучая листва под ногами, запах сырой земли, липнущей к подошве и... мурлокомль?
[indent] - Ты думаешь, что те же кентавры питаются тыквенными пирогами? Система их пищеварениях не должна отличаться от лошадиной, а вместе с тем и предпочтения в еде. Да и надкус средний. А вообще, - она хватает парня под руку, - нашёл, на что глазеть, наше свидание только началось.
[indent] По факту, эти двое не нуждались в свиданиях, и без того знали друг о друге больше, чем их родители, да и жили в одной комнате слишком долго, привыкая к особенностям поведения в различные лунные фазы. Роджер начинал завтрак с шоколадной пасты, Софи тоже. Роджер гипнотизировал новую метлу в витрине, стоящая рядом Софи гипнотизировала его, уставившись на широкие и сильные плечи. Тогда ещё ей нравилось наблюдать за ним со стороны и замечать за собой, как все внутри переворачивается, стоит ему слишком близко подойти к ней, тронуть за плечо, завести болтовню ни о чем, что было вполне привычно, но все же.
[indent] После их встречи на вершине Астрономической башни, которая закончилась неожиданным для двоих поворотом, она продолжала вести себя, как и месяц назад, как и год назад, все ещё желая остаться для него тем незаменимым человеком, каким была до сих пор. Да, лёд, образовавшийся в их отношениях после ночи в доме Фосетт, треснул, что несказанно радовало, но Софи не знала, как стоит вести себя в новом статусе. Ее прошлые отношения остались где-то на периферии под знаком «подавленных воспоминаний», и все, что оставалось ей - научиться вести себя в меру прилично и не нагнетать обстановку, не доводить профессоров и быть среднестатистической лапочкой.
[indent] И эта самая лапочка сейчас с превеликим удовольствием спешила открыть для себя территорию Запретного леса. В сумерках. Только она и Дэвис. И Люци, хлюпающий и урчащий в сумке рядом с яблоком. 
[indent] - Эмили была здесь. Говорит, что это было самое глупое ее решение в молодости, не считая брака с моим дедом, ибо никакой любовью там и близко не пахло. Но их было в лесу пятеро, а нас всего двое..., - волшебница перешла на шепот, - с другой стороны, она сказала, что лес такой же живой, как в скандинавских легендах, только со своими сюрпризами внутри. И чем меньше людей, тем больше он приоткрывает свою душу гостям. - Софи не очень и хотела, чтобы ей тут и душу приоткрывали, и сюрпризами делились, и назад уже некрасиво поворачивать...
[indent] Что-то вдалеке, через ряд деревьев по правую сторону, зашуршало. Звук напоминал копошащееся в листве нечто средних размеров, чуть больше, чем большая охотничья собака.
[indent]  Фосетт так и кинулась в ту сторону, на ходу выискивая палочку в сумке, на которой пригрелся Люци. Сбежав с тропы, по которой они шли, блондинка медленно поспешила к деревьям, стараясь вызывать минимум внимания чавканьем по сырой земле. Спрятавшись за большие выступающие коренья, она выглянула из-за огромного дуба и не поверила своим глазам - стоящий посреди леса единорог не обратил никакого внимания на незваную гостью, продолжая мордой ковырять листву перед собой. Его серебристый окрас с золотыми разводами говорил о возрасте - не жеребёнок, но и не взрослая особь. Наблюдая за волшебным созданием, Софи не могла отделаться от мысли, что смысл ее существования сейчас - подойти и потрогать «единорожку», и повезёт, если та на первое неловкое движение волшебницы не умчится в свою сказочную страну.
[indent] - Роджер, - она скидывает сумку на землю (можно услышать странное бульканье) и выставляет палочку перед собой, - останься здесь, чтобы не почувствовало, что я не одна.
[indent] И вот она уже подходит к волшебному созданию, протягивая руку к переливающейся шерсти, но единорог никак не отзывается на ее присутствие, занятый все той же грудой листвы.
  [indent] - Wingaedium leviosa! - Листья поднимаются вверх, обнажая причину, а Софи едва ли может пошевелиться, загипнотизированная восьмью  глазами, жадно изучающими ее, она не в силах даже закричать, надеется, что Роджер и без того все поймёт. Акромантул размером с домашнюю кошку напротив Софи только лишь подтверждает тот слух, что колония в Шотландии есть, а это значит, что приятель вовсе не потерялся, а его семейство, не исключено, что сейчас окружает студентов.

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-07-08 11:18:35)

+1

13

[indent] - Я тебе разве никогда не рассказывал? - Сомнение отражается на лице мальчишки, когда тот пытается понять каким образом мог за столько лет не поделиться любимой байкой своего деда, объясняющей отчего рейвенкловец так любит шугать окружающих огромными лесными пауками. - Дедушка пугал нас с Трейси в детстве, чтобы мы не убегали далеко в чащу, историей о том, как однажды заблудился в ельнике. Ушел далеко, никого не предупредив, хотел какие-то редкие травы собрать для зелья, а дороги там часто меняются, вьются, чтобы путники домой не вернулись, вот и он пропал. Ночевать остался под деревом, курткой укрылся, задремал. Посреди ночи просыпается, а ему чем-то шершавым щеку царапает. Смотрит: акромантул. Здоровый, с овцу ростом. Но это они еще дети, не умеют правильно охотиться, играются. Дед давай отбиваться, а ничего не выходит, палочка куда-то упала, паук быстрее него бегает. И тут из кустов Бьёрн вылетает, так дедова шишугу звали. Бросился хозяина защищать, драка началась, пес одну лапу переломил пауку, а дедушка пока палочку волшебную нашел. Отбились. Бьёрн дорогу назад показал, животное не обманешь, оно по запаху назад идет, - повесть получилась сжатая, утрамбованная в пару минут. Арне её всегда растягивал на весь вечер, перебирая подробности до крошек и смеясь потом над испуганными внуками.
[indent] - Спали мы плохо, - рассмеявшись, брюнет дал понять, что давно пережил детский страх перед неизведанным. Однако, родственнику он все-таки верил: и шишуг всегда держали, и в лесу много кто водился. Поэтому наличие акромантулов в магической роще для юноши было данностью, даже если об этом никто не говорил и не писал. В учебниках в принципе разбирали немногое: одни растения да самых известных чудовищ, а про весь остальной зачарованный мир оставалось узнавать от близких или в библиотеке.
[indent] - С каких пор лошади грибами питаются?! - Трава, сахар, морковь и овес, по мнению Дэвиса, составляли рацион благородных созданий и парень плохо представлял себе как кентавр ест сопротивляющийся, покрытый шипами гриб, не отрывая его от земли. Их описывали более умными созданиями. Впрочем, настаивать на своем маг не стал: они ведь придумают себе чего-то невероятного и будут бояться до самого замка. Уж лучше верить, что это были вполне рассудительные полулюди-полукони.
[indent] - Свидание? - Можно ли считать им встречу на Астрономической башне? Или посиделки в гостиной? Походы в Хогсмид? Раньше Роджер думал, что романтическая встреча - это когда куда-то идешь с конкретной девушкой вдвоем, но под подобное описание подходила половина общения с блондинкой. - В следующий раз на свидание мы пойдем в то место, где можно пить горячий шоколад и кидаться в прохожих заколдованным зефиром, - и обойтись без распахнутой души леса, которую Дэвис назвал бы скорее пастью. Чем меньше людей, тем скорее раскрывается пасть и захлопывается с хрустящим звуком, пережевывая одиноких странников.
[indent] - Софи! Черт, - юноша не успевает схватить подругу за рукав, в попытке остановить от опрометчивого поступка. Почему она не может сначала проверить, что там вообще шумит? Или пустить его? Бурча вдогонку возмущения, чародей берет палочку наизготовку и пробирается следом за блондинкой. - Ничего себе! - Восклицает шепотом, вставая возле спутницы, так же пытаясь спрятаться за деревом. Им как-то приводили единорога на урок и рассказывали, что эти восхитительной красоты создания не переносят мальчишек с возрастом все сильнее. Жеребенком представший им экземпляр не был, так что брюнет мог позволить себе лишь глазеть со стороны и жалеть, что не возможности создать колдографию на память.
[indent] Стоя на одном месте, Роджер замечает, что начинает медленно затягиваться в землю. Переступая, он стряхивает густую жижу с ног, оглядываясь в поисках болота, которое могло бы объяснить влажность почвы, но густота растительности мешает рассмотреть что-то дальше пары метров вокруг. Когда он вновь смотрит на Фосетт, та замирает, так и не коснувшись ладонью лошади, а второй рукой поднимает листву в воздух. Зрелище кажется рейвенкловцу диковинным осенним танцем, пока он не примечает нечто черное подле волшебницы. «Акромантул!», мысленно вскрикивает подросток, чтобы не вспугнуть хищника, однако вместе с этим осознанием, за доли секунд, к нему приходит куда более ужасающее понимание: ни один единорог, столь светлое творение магии, не стал бы терпеть рядом с собой кровожадного убийцу. Конь, вода, темное колдовство, Дэвис сначала бросает вперед заклинание, а потом уже зовет подругу.
[indent] - Rapido! Беги! - Поваленное бревно, размером со взрослого человека, отрывается от земли и летит в цель, ударяя единорога в плечо и голову. Паук отскакивает в сторону, испуганный то ли атакой, то ли рвущим барабанные перепонки лошадиным воплем. Парень хватает сумку [каким-то чудом вспомнив, что там Люци и что она без него не уйдет], бежит к волшебнице и хватает её за руку, утаскивая за собой. Краем глаза он успевает заметить как расплываются очертания зверя - намокает шкура и густая грива покрывается морской пеной - подтверждая его догадку. - Reducto! - Перед ними на самом деле был келпи.

+1

14

[indent] Вне сомнений, чудовище, пристально смотрящее на нее всеми своими глазами, было акромантулом. Рассказы деда Роджера оказались вовсе не выдуманными историями, в которых маленькие безобидные паучки, которыми полнился любой дом в деревенской глуши, выступали в роли кровожадных монстров с пушистыми конечностями. Не то, чтобы после рассказанного Роджером захотелось заблудиться и уснуть прямо в лесу, проснувшись от нападения шершавой твари. Фосетт уже ничего не хотелось, кроме как очутиться в гостиной, лежа на Дэвисе, и гладить того после изнурительной тренировки. Она даже не отказалась бы от идеи провести свидание за чашкой какао или все тем же горячим шоколадом, да и идея с зефиром выглядела куда более веселой, чем гуляния в лесу.
[indent] С ними не было шишуги, которая могла бы помочь отбиться. Но у волшебницы все еще была палочка в руке, и она не собиралась расставаться со своим основным оружием. Но ее опережает Дэвис, уверенно целясь и направляя в сторону единорога тяжелое бревно. Все происходит так быстро, что Софи не успевает и слова выкрикнуть, да и на подумать тоже не хватает времени – по какой такой важной причине Дэвис целился не в акромантула, а в безобидное создание? Благо этим резким ударом волной страха накрывает не только волшебницу, но и паука, который на всех своих мохнатых конечностях спешит исчезнуть из поля видимости.
[indent] Она старается не уступать Дэвису в беге, выдергивая свою сумку с Люци у того из рук и наспех перекидывая через плечо. По всей вероятности, в ближайшие два часа она будет дико презирать себя и свой интеллект. Завтра же пойдет к директору и упросит сослать ее из школы куда подальше. На крайний случай, с ее мозгами пускай переведет в Хаффлпафф. Момент позора. Темное волшебство, которому она поверила, не могло просто так отпустить студентов без еще одного поучительного урока на будущее.
[indent] Тот момент, когда ноги начали тонуть в земле, а тело проваливаться все ниже и ниже, она не забудет никогда. Не смотря на свою любовь к чарам, на знания, которые успела получить и навыки, которыми овладела, она в первую очередь подумала об элементной магии, как средстве наиболее эффективном в данной ситуации. Вода бы не справилась - фокус с шариками слишком безобиден, а на большее ей просто не хватало бы сил. Огонь мог спалить к салазаровой заднице весь лес, и тогда студентами занялись бы серьезно. Оставался воздух и до сих пор не изученная сила земли, отраженная загадочными знаками на страницах книг, лежащих в бабушкиной гостиной и под подушкой у рейвенкловки. Она ничего не могла сделать, и это было самое худшее. К счастью, им удалось избавиться от гиблого участка и продолжить свой побег в неизвестном самим направлении.
[indent] Противные ветки цеплялись за одежду, обдирали открытые участки кожи до такой степени, что Фосетт начало казаться, что все лицо прорезали глубокие раны. Единственный раз, когда они остановились при попытке сбежать – обменяться парой знаков, чтобы решить, куда правильнее сменить направление. Еще не хватало им потеряться и сбиться с пути, пускай пару раз они таки сходили с тропы, но возвращались, перепрыгивая поваленные деревья, проскальзывая мимо колючих кустарников. За один из таких зацепилась ее кофта – крючковатый шип вонзился и запутался в нитях, без промедления Фосетт избавилась от теплой одежды, оставив свитер болтаться на ветру и согревать дикие ягоды в ближайшую зиму.
[indent] К обоюдной радости спустя долгие минуты бега они вышли к поляне, с которой все началось. Задыхаясь и падая на колени, Софи влезла ногой в раздавленную конфету, отчего ее настроение со стопроцентным успехом скатилось до уровня «как я все ненавижу». Ей было трудно дышать - хватая жадно воздух, она зареклась не только валяться на трибунах, но и все же вытаскивать Долиш на пробежки, ведь кто знает, вдруг ей еще раз предстоит убегать от страшных злых тварей. Но и это не было настолько удручающим, сколько чувство вины, вспыхнувшее в ней еще в тот момент, когда обнаружился обман с единорогом, а акромантул желал насладиться умерщвлением блондинистой девчонки. Что Роджеру, что ей крайне «везло» на такие приключения за последний год. 
[indent] - Черт, черт, черт. – Ругалась она, со всей злости стуча кулаком по рыхлой земле. Но жалобное урчание пушистика возвращает в реальность. Волшебница открывает сумку и достает маленький и нежный клубочек. – Прости, что заставила тебя нервничать. И прости, что впутала во все это. – Говорит она, но вовсе не Люци.

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-07-11 20:22:49)

+1

15

[indent] От хлестких ударов гибких ветвей нет ни единой возможности увернуться: в одной руке юноша сжимает волшебную палочку, все еще ожидая повторной атаки [редкий хищник готов отпустить добычу и остаться голодным], другой держит Софи, в каждом толчке пульса ощущая, что она все еще бежит рядом. Боль от ссадин и порезов совсем не чувствуется, потонувшая в прогорающем внутри вен адреналине; собственное тяжелое дыхание звучит для него незнакомо, со стороны, сливаясь со скрипами-стонами старых деревьев. Впервые за годы школьных приключений выносливость по-настоящему пригождается вне стадиона, помогая не выиграть турнир, а унести ноги от реальной угрозы. Громоздкие корни торчат из-под земли, голые и уродливые, кусая за развивающуюся мантию - волшебник слышит хруст рвущейся ткани.
[indent] Ноги скользят в топкой почве, чавкающей о том, что опасность следует по пятам. Пока они возле воды монстру ничего не стоит оказаться рядом. И хотя келпи не ведут активных атак, предпочитая заманивать жертву и убивать тогда, когда она не способна полноценно сопротивляться, то ошарашенный разум уже не помнит фактов и шарахается от любой крупной тени. Проваливаясь по щиколотку, юноша радуется высоким осенним ботинкам, и заклинанием отталкивает от них грязь, высвобождая ступни. Оборачиваясь к девушку, чародей проделывает тоже самое, беглым взглядом замечая испуганное, испачканное лицо. В длинных светлых волосах запутались листья, к одежду прицепились колючки - наверное, он выглядит похожим образом.
[indent] Время перестает существовать. Дэвис не знает сколько они бежали: пять минут, десять или два часа. Путается даже в том, как давно пришли в лес. В сумке недовольно ворчит пушистик, но маги несутся вперед до тех пор, пока не оказываются на знакомой опушке, чтобы рухнуть вместе на пожухлую траву, окончательно сбивая дыхание и осматриваясь. Ни лошадей, ни пауков. Они снова наедине с надкусанным грибом, отпущенные зачарованной рощей по неизвестной причине. Говорят, есть те, кто отсюда не возвращался. И где эта гениальная мысли была раньше?
[indent] - В порядке? - Стягивает мантию, укрывая её плечи подруги. От бега ему стало так жарко, что рейвенкловец готов остаться в одной футболке, но разум запрещает снимать тонкий черный свитер. Не хватало еще простыть после неудачной прогулки. - Askleppio! - Подносит волшебную палочку в щекам блондинки, произнося вслух не самое популярное, но хорошо знакомое спортсменам заклинание, исцеляющее мелкие ссадины и раны. После тренировок ими обычно усыпано все тело, но никто не хочет бегать каждый раз к врачу, так что приходится учиться справляться самостоятельно. Аналогичную процедуру мальчишка проводит со своим лицом, нащупывая пальцами тонкие порезы жгущиеся порезы. Кроме заботы о себе, они теперь стали меньше походить на тех, кто шатался по запрещенной территории.
[indent] - Мне не привыкать, - наконец реагирует на её слова, улыбаясь в ответ. Понемногу страх начинает отпускать, преображаясь в нервное возбуждение. - Я ведь потащил тебя на матч, так что мы квиты. По жизни, - не счесть того количества раз, когда они всей своей компанией делали то, что не стоило делать, а Дэвис и Фосетт оказывались в списках наиболее частных зачинщиков.
[indent] - Представь, какая теперь у нас история есть. Убежали от келпи, отбились от акромантула, и все за один день. Долиш и Стреттон от зависти умрут, - а Максу и Эвану плохо станет, но это уже совсем неинтересный момент. Пододвинувшись поближе, Роджер спрятал оружие в карман и обнял девушку, притягивая к себе. Засохший лист уколол его в подбородок, когда парень попытался поцеловать спутницу в макушку. Прыснув, он вытащил его, выбрасывая себе под ноги.

+1

16

[indent] Кутаясь в такой теплой мантии Роджера, она позволяет ему залечить раны на лице, которые успели превратиться в жуткую смесь из засохшей крови и грязи. Давно она не влипала настолько сильно в неприятности, чтобы приходилось прибегать к помощи заживляющим чарам. Обычно исцеление было необходимо ее оппонентам или спутникам. В тот горький вечер, когда они добрались практически целыми и невредимыми до дома Фосеттов, она чудом не попала под раздачу, вовремя спрятавшись за стойку. Глухой удар по стеклянной стенке с алкоголем над ней пришелся как раз в тот момент, когда она успела отползти в сторону перевернутых и разрушенных не менее мощными заклятиями столиков. Удача преследовала ее и в поезде, но кто знал, что первыми царапинами она будет обязана самой себе, своей глупости и всему дикому, что было в ней.
[indent] - Роджер, но мы ведь могли…, - оставшиеся слова не хотят отделяться от мыслей, - и еще этот акромантул, кто же знал, что нам так «повезет». Это было что-то просто…  - Задыхаясь чуть ли не на каждом слове, она сжимает края мантии и смотрит на парня глазами полными страха и горечи. Ее не успокаивает мысль, что вся эта затея вылилась в очередную историю для друзей о приключениях парочки, которым не лежалось вечером в гостиной, а тут еще и пушистик сбежал – отличный предлог, чтобы нарушить устав. Лучше, если об этом никто не узнает. Но она сама же проболтается обо всем Хелен при первой удобной возможности. Держать язык за зубами с лучшей подругой все равно, что своевольно опустить руку в океан с акулами и начать их дразнить. Она ведь не смогла смолчать про ночь, проведенную в музее Эмили, пускай и отделалась таким простым «я призналась ему». И пускай та в свою очередь не пожелала рассказать про вечер, проведенный с Максом. Что они творили после того, как парочки разошлись на перекрестке? Ели мороженое в ближайшей закусочной?
[indent] Все эти истории стоило по-хорошему записать для потомков. Посмеются от души. Так, что теперь история Роджера переплюнет рассказ его деда. Одно дело акромантул, от которого спас питомиц, а другое – келпи, желающее затащить путников в глубины мрачных болот, в которых и без того хватает костей заблудших душ. Удивительно, что они не стали одними из них. Противное соседство бы вышло в итоге.
[indent] Еще было жалко кофту – подаренная мамой этим летом, она олицетворяла всю заботу в духе «красивая же, согласись, под вечер вообще будет идеальным вариантом». Идеальным для кентавра, который оценит кашемир из главного универмага Лондона. Или станет убежищем для мелких насекомых. Нет, пусть лучше кентавры, хоть узнают что-то про сегодняшнюю моду, вряд ли они листают каталоги с одеждой на досуге в перерывах между своими сеансами, на которых анализируют астрологическую карту самки акромантула. «Так-так, вот завтра луна в самом благоприятном расположении для того, чтобы вам отведать человечины, или хотя бы отравить. Ой, но Сатурн в девятой фазе показывает, что вас ждет неудача. Лучше оставайтесь дома, проведите время с семьей или съездите на курорт в восточную часть леса. Кстати, вы заметили насколько этот кусок ткани подходит к оттенку моей кожи?».
[indent] Стоит отдать должное и сказать, что все было не так плохо, в особенности, когда согретая ткань мантии Роджера упала на ее плечи, и в ней было не столько теплоты, сколько его самого, отчего захотелось зарыться с головой и не вылезать. На ней все еще был его шарф, отчего все вокруг становилось чуточку приятнее. С этими нотами прочь уходили все мысли о пережитом: о не встреченных кентаврах, единорогах-обманках, многоногих соседях и потерянном кашемире.
[indent] Важнее было все остальное – то, как она чувствовала себя рядом с Роджером, как замирало сердце при каждом его движении, как сложно было слушать то, что он говорит и не думать при этом, насколько сильно она влюблена. И что с ней делала эта влюбленность, переходящая в сумасшествие. Рука так и потянулась к его волосам, аккуратно убирая прилипшие ко лбу волосы в сторону. Теперь уж становилось слишком жарко и в этой мантии, и в этом шарфе, с которым, она не сомневалась, будет теперь ночевать каждую ночь. Всю ее прожигало изнутри, и не спасала сброшенная с плеч мантия. Будто бы колдовство, повстречавшееся сегодня на их пути, все еще присутствовало здесь и не собиралось уходить ни с чем.
[indent] - Роджер. – Она тянется к его губам, не в силах больше противостоять вспыхнувшим в голове фантазиям, тревожно обрушивающимся каждый раз, когда она встречается с его изучающим взглядом. Темное волшебство в крови требует большего, нежели таких невинных поцелуев, к которым они успели привыкнуть за дни своих новых отношений.

Отредактировано Sophie Fawcett (2018-07-13 00:49:09)

+1

17

[indent] Главное, когда байка разойдется по Школе, повествуя о приключениях известной парочки, подстраховаться и придумать достойное алиби, дабы взрослым не пришло в голову поверить подростковым россказням. О том, что они еще не вернулись назад целыми и незамеченными, Роджер предпочитал не задумываться, с легкой руки гарантируя им спокойный сон в факультетских спальнях. Вслух об этом он зарекаться не станет, говорят - примета плохая, но мысленно уже всё решил, с чистым сердцем вдыхая сухой воздух леса. Образы в его голове рисовались в виде друзей, наперебой выпытывающих подробности до середины ночи, девчонок, тихонько повизгивающих от восторга, и преподавателей, недобро провожающих мальчишку подозрительными взглядами. Удивительно, что при такой любви к вниманию и всеобщему восхищению, Дэвис не терялся в этих эмоциях и не пытался заполучить их, специально влезая в громкие инциденты. Видать, спасал здравый смысл, не зря же он именно ворон, а не кто-то еще.
[indent] Холодные ладони греются о девушку, забравшись под мантию. Она так близко к нему, что думать о чем-то ином становится трудно: мысли подло путаются, взбудораженные волнами чувств. Их отношения стали для него чем-то естественным, словно изначально заложенным вселенной. Наверное, потому что всё случилось не недавно на башне, а тогда, летом, в душном августе, на кухне чужого дома. Иногда ему мерещится их поцелуй и юноша не убеждает себя в том, что это всего лишь фантазия. Его неуверенность надломилась в ту ночь, пускай об этом в памяти не отложилось весомого подтверждения. Или же все это выдумка, а реальная причина - их незапланированное отдаление? Перестав быть так близко к ней он пережил страх посильнее, чем «вдруг эти чувства ошибка и я потеряю друга». Рейвенкловец мог потерять Её вовсе. И какой бы на самом деле не была причина, юноша радовался полученному итогу, наслаждаясь каждым днем.
[indent] Они всегда вместе. По-особенному. Когда мальчишки, ровно как и девчонки, кучкуются между собой, всем становится понятно, что перед ними лучшие друзья, но такой расклад никого не удивляет. Все меняется, когда парень и девушка годами существуют бок о бок, позволяя себе быть невероятно близкими, но не переходят границы. Такой тандем удивляет, о нем быстро начинают сплетничать, перетирая с великим удовольствием свежие новости. Дэвису нравилось, что остальные девчонки завидовали блондинке. Теперь он доволен вдвойне, что она утерла всем нос. За себя волшебник радуется тоже: наконец никто не станет посягать на его Софи, нервируя флиртом с ней и попытками построить отношения. О том, насколько сильна была его ревность к Элю, парень, уж точно, не признается никогда. Проще поведать как неловко было наблюдать её в мокрой майке, чем признаться в подобной слабости.
[indent] Черная ткань падает на землю, соскальзывая с плеч, но тепло уже находит другой способ проникнуть в них, согревая изнутри. Её губы все еще кажутся ему безумием. Таким же как близость, отношения и сопутствующие этому откровения. Всё лето он запрещал себе даже думать о ней, а сейчас снимает эти ограничения с неописуемым восторгом и неловкостью: в глазах, знающих юношу столь долго, страшно показаться глупым.
[indent] Он целует девушку, прикусывая нижнюю губу. Стоит позволить себе чуть больше - подсознание требует идти дальше, настойчивее, сильнее. Жадность в нем похожа на древнего монстра, прячущегося в темноте до поры до времени, но просыпающегося с первой упавшей каплей крови. Чародей сам не замечает, как его ладони настойчиво укладывают Софи на раскинувшуюся по земле мантию, позволяя ему оказаться сверху и целовать её щеки, скулы, подбородок, шею. Прикосновения изучают мягкую кожу, рисуя замысловатые узоры на ней так медленно, что от напряжения сводит внутренности, а разум насовсем забывает о холоде, надвигающейся темноте и том, где они до сих пор находятся.

+1

18

[indent] Вслед за мантией она одной рукой снимает подаренный шарф, но не отпускает, ощущая под пальцами каждую вышитую букву. За такой трофей её будут готовы убить или проклясть, но это ни что в сравнении с тем, что она пережила в этот вечер, с тем, как долго она ждала момента, когда её руки смогут обнимать любимые плечи, без лишнего смущения притягивая к себе всего его, лишь изредка заливая краской щеки, когда он целует при всех. И пускай эти все идут к черту, в пасть гриндилоу, если их что-то да смущает в их поведении - слишком долго томилось чувство, прикрытое долгими дружескими посиделкам  вдвоём, дружескими касаниями рук, невинными словами о том, насколько сильна связь между ними. И эта связь несла в себе как и свет, так и мрак, подпитываемая горечью от несбывшихся до одного дня надежд, до того самого, когда застежка на платье предательски щелкнула, обнажая всю правду, сопровождаемую глухими, но такими быстрыми ударами внутри. И сейчас ее сердце желало сломать клетку, увеличиваясь в сотню раз, запрещая думать о том, как правильно дышать, и стоит ли дышать вообще.
[indent] Так много воздуха, но так мало места для него в легких. А ее сердце огромно, способно захватить всю планету, но она предпочитает любить его одного. Колкие и презренные взгляды окружают со всех сторон, желая выказать своё недовольство, и на зло им она делает вид, что это только веселит. В пятнадцать мир кажется таким сложным и страшным, в пятнадцать ты чувствуешь себя непобедимым, способным этот мир подчинить своим желаниям, в пятнадцать ты все ещё не умеешь контролировать себя, в пятнадцать тебе плевать на последствия всех твоих поступков. Если ты влюбляешься в пятнадцать, то вся вселенная уменьшается до размеров твоего сердца, она вся в одном человеке, которого недостаточно просто видеть и слышать. Ты хочешь жить в нем, стать ему всем и всяким, пока тебе пятнадцать, это все реально, как и то, что свободной от шарфа рукой ты тянешься к его волосам, запуская согретые пальцы в бесчисленное множество вселенных, что касаются тебя своим холодом, когда он опускается поцелуями от щёк все ниже. Полуоткрытыми губами начинаешь искать воздух, но он соткан из плотных частиц, и тебе не хватает сил на то, чтобы сделать самый обычный вдох. И вместе с тобой замирают мириады звёзд, по которым скользит взгляд с под густого одеяния ресниц. 
[indent] Хотеть большего - не значит хотеть чего-то опасного и недоступного, все исчисляется тем, как легко ты этого достигаешь не в грёзах, а наяву. Трагедия лишь в том, насколько сильно наши желания могут повлиять на других, и будет ли это влияние несущим тот самый свет, или же потянет за собой все в тот же мрак. Ты никогда не знаешь. А поскольку тебе пятнадцать, ты все ещё не хочешь думать о последствиях. Важно то, что ты делаешь сейчас, и ты готов отдать всего себя без остатка.
[indent] Она могла остановить его не один десяток раз, но с приоткрытых губ слетали совершенно не те звуки. Все повторялось вновь, только на этот раз не было отягчающим последствием большой дозы алкоголя в крови - снова все дошло до того момента, когда она обнаженная перед ним боится сделать лишнее движение, чтобы не повторилось все так, как тогда. Чтобы все не разбилось летящей бутылкой в кухонное окно, не закончилось обожженной кожей и нескончаемо кошмарным пробуждением после.
[indent] Последний поцелуй перед тем, как она снова назовёт его по имени, но на этот раз голос предательски дрогнет, заглушив последние буквы и утонув вместе с ней.

+1

19

[indent] Калейдоскоп воспоминаний переливается моментами от которых захватывает дух. Десятки пересеченных фраз, случайных прикосновений и отведенных взглядов вспыхивают искрами в истории прожитых дней. Он не скажет сейчас с какого неудачного столкновения или озарения всё началось, но точно отмерит долгий, растянутый в летней духоте пик эмоций, испытывающих его на прочность.
[indent] Июнь. Магический пригород Лондона. Припекающее затылок и шею солнце. Она выходит ему навстречу, распрощавшись с темными тонами школьной формы, обязательными цветами факультета и собранными в хвост волосами, одетая в легкое платье из белого льна, неприлично прозрачное в свете согревающих лучей. В тон девичьему наряду ветрены и смелы мысли мальчишки. В пятнадцать так просто лишиться дара речи, став свидетелем того, как из двух худющих первогодок они превратились в крепкого юношу и миловидную девушку. Брюнет отвернется, пнет носком обуви асфальтовую пыль, переведет разговор на непосредственную тему. Понадеется, что эта оплошность не повторится, попросит об этом у почившего Мерлина, дабы не портить дружбу пошлыми взглядами. Не сбудется. К счастью.
[indent] Июль. Она приезжает к Дэвисам и с чьей-то незатейливой подачи селится с ним в одну комнату, словно не существует гостевой спальни. Им так нравится болтать по ночам, поздно ложиться, сбегать на кухню за сладостями пока все спят. Они определенно никому не мешают, лишенные нужны перебегать из одного помещения в соседнее, навещать друг друга и строить переговорные станции. Неудобства случаются только [или нет?] у него, когда волшебник просыпается первым, переворачиваясь на бок и наблюдая за подругой. Сброшенное покрывало, съехавшая в сторону пижама - ничего критичного, но как же прекрасно, что обычно именно он спит до обеда, иначе каждый подъем превратился бы в проверку на прочность, которых достаточно и без того. Вроде вечера, когда Софи тянется за чем-то на верхней полке, вставая на носочки - платье задирается следом, прямо перед вошедшим чародеем, демонстрируя плавный изгиб выше которого теряются остатки совести. Роджер откровенно любуется, делая вид, что ничего не происходит, и пытается вспомнить расстался ли с той гриффиндоркой перед началом каникул. Не сказать, что это играет какую-то важную роль, но им явно не по пути: рейвенкловец в очередной раз не помнит её лица, застревая в желании прикоснуться к личному запретному плоду. И конечно же, ругает себя, одергивает, забивает радиоволны помехами-мыслями о метле, матче и уехавших по домам друзьях.
[indent] К августу его существование наполняется ею вдоль и поперек, достигая своего апогея в последний день. Фосетт так много, она везде: во всех днях, поступках, решениях и путешествиях. И одновременно девушки очень мало: она ускользает от него как солнечный зайчик к которому нельзя прикасаться, нельзя закрывать своей тенью.

[indent] Мягкая ткань натянута до предела, жалобно трещит и хватается петлями за спасительную преграду. Девушка тянется к нему навстречу, прижимаясь сильнее на жадном вдохе. Губы встречаются, чтобы потеряться друг на друге, ладони скользят изучая то, что недавно было недоступной загадкой. Трудно дышать. Замирая над ней, прижимаясь лбом ко лбу, он наполняет легкие свежестью и силой, пытаясь отыскать в них немного рассудка, разогнать заполнивший разум дурман. Ничего не выходит. Один взгляд на нее рушит сомнительные попытки контролировать ситуацию, вновь запуская сумасшедшее сердцебиение. Пальцы тянутся к шее, изучая проступившую артерию, пульсирующую тем же потоком чувств. Опускаются в горлу, к v-образному началу рубашки. Пуговицы расстегиваются с приглушенным щелчком от резкого рывка, обращенного к каждой из них. Медленно. Не спеша. Это его единственный способ совладать с собой, с энергией обитающей под кожей. Он не хочет выпускать огонь. Не хочет причинять ей боль. Не сейчас.
[indent] Вслед за рубашкой они прочь отбрасывают его свитер, не обходясь без участия Софи. Её ладони, задевающие обнаженные грудь и живот, запускают дрожь, напоминающую юноше судорогу. Чародей прижимается к девушке и их тепло сливается воедино, становясь самостоятельным организмом. Вместо того, чтобы мерзнуть, брюнет чувствует, что задыхается от жара. От желания. От красоты, предстающей перед ним. Сгустки нежности, накапливаясь, срываются с цепи, обращаясь в нечто неизвестное. Маг стискивает зубы до ломоты, не понимая откуда берется желание обладать ей до отметин, до с грубостью сжатых бедер, до состояния полной принадлежности ему. Где-то в нем слишком острая ласка граничит с жадностью подобно тому как тепло пламени стоит в шаге от ужасных ожогов.
[indent] - Ты моя, - эхо его имени стихает и на смену ему приходят признания, произнесенные шепотом, на одном дыхании, перемешанном между двумя людьми. Роджер поднимается, усаживаясь на смятую мантию и забирая спутницу к себе. Волшебница садится, обвивая ногами его поясницу, прижимаясь к нему в более удобном положении. Он трогает её аккуратно, плавно, проверяя как отзываются движения в них, порождая искры и молнии, новый накал страстей. Губы, язык и ладони сосредотачиваются на обнаженной девушке, добираясь до невиданной ранее вольности. Тяжелые прерывистые вздохи, покусанные изнутри щеки, стиснутые до предела бедра - она отзывается его жестам, наполняется ими, заставляя мальчишку терять голову. Брюнет поднимается выше, несильно кусая выступающую ключицу, а его руки, напротив, опускаются ниже, забираясь под юбку. Под эту строгую, школьную часть формы, которая теперь будет ассоциироваться лишь с чем-то сладостным и приятным. Нащупывая резинку высоких гетр [замечательная выдумка человечества], Дэвис оттягивает одну из них и отпускает, щелкая блондинку по ноге. Задиристая улыбка сияет на его довольном лице, но вместо того, чтобы дать ей разозлиться или начать возмущаться, он опять целует её шею.

+1

20

[indent]  Ей не может не нравиться то, как своевольно он прижал её к земле, лишив всякой возможности повернуть ситуацию в иное направление. Пусть она даже не думала творить подобную глупость, но мысленно благодарит всех существующих во вселенной святых, которые допустили такое. В любой момент все может быть разрушено, как в прошлый раз, когда они так и не дотянули до точки невозврата. В этот раз ей чудится, что все готово повториться, и как только один из них пресытится близостью, они поднимутся и уйдут обратно, возвращаясь к самой обыденной жизни. Это ее пугает и это ее раздражает ещё больше, от этого губы с особым остервенением борются с навязчивыми мыслями до тех пор, пока кожа не почувствует осеннюю прохладу каждой клеточкой, ворохом мурашек опускаясь с шеи до пояса юбки.
[indent]  Она приподнимается, чтобы избавить и его от свитера, но осознаёт, что это было таким неправомерным по отношению к ней - она не может отвести взгляд, как и в любой летний день, когда спотыкалась своей фантазией о непреодолимый барьер между обтягивающими футболками и руками, которые стали до неприличия выделяться под ними, широкими плечами, которые было мало обнимать по-дружески, каждый раз на долю секунды увеличивая продолжительность такого незначительного на первый взгляд приветствия. В полутьме и восседающей на троне тишине он загоняет ее в клетку своим «моя» и она не смеет перечить.
[indent] - Твоя. - Такое откровенное и лишенное предубеждений согласие, на грани с «я и так всегда была твоя». Но на этом их и без того короткий разговор заканчивается - она не смеет повторять за ним и заклинать о том же. Ей достаточно принадлежать ему, в этом она бескорыстна, не требует того же взамен, все ещё помня образ того, кто сейчас без стеснения ласкает ее. Достаточно и тех мгновений, когда она открывала душу, заходясь в лихорадочном «люблю тебя». Она не может постоянно повторять это, как если бы от каждого такого признания ее сердце резало на куски.

[indent]  И сейчас, будто бы подтверждая сказанное, он забирает ее к себе, поднимая со смятой мантии, так, что теперь ее ноги обхватывают его, и от этого положения ей сперва становится не по себе; она все ещё стеснительно опускает взгляд, надеясь, что в темноте не так заметны покрасневшие щеки, что, конечно, можно списать на жар, который не смеет выливаться наружу, а неистово сжигает все к чертям внутри. И в этом стеснении она ещё сильнее прижимается бёдрами, чувствуя, что достаточно неверного движения, как она возгорится в одно мгновение.
[indent]  Но Роджер аккуратен, как если бы знал алгоритм, способный перевести задыхающуюся её в желающую осязать каждый ход языком и губами. И она была его в каждом движении и в каждом вдохе, перекатывающейся нежности, скользившей от шеи до самых кончиков пальцев, в воздухе, которым они дышали, в приглушённых звуках, таких неразборчивых, утопаемых и вырывающихся с новой силой. Она была его во всем, всем своим существованием подчиняясь и отдавая всю себя без остатка.
[indent]  Ее и без того неровное дыхание сбивается снова и снова, стоит тёплым рукам Роджера прикоснуться к обнаженной коже. Между ними практически не осталось и малейшего расстояния, все было заполнено ими двумя, а перед ней только он один, его непослушные волосы, сжатые губы, какими были всегда, когда он упрямился и шёл напролом, в глубоких красках глаз, что смотрели на неё в сумраке, можно было увидеть многое, но она видела только себя, потому что не было в эту минуту ничего и никого кроме них.
[indent]  И все же им надо было чем-то дышать, от кислородного голода кружилась голова, запрокидываемая снова и снова, вровень такту поглаживаний, доводящих до исступления. А когда его рука скользит под юбкой, она заходится в неосознанной дрожи, но в голову резко ударяет мысль о том, что больше нет границ, через которые они не могут своенравно переступить, нечему больше их остановить, это то самое, которое не оставит их ни днём, ни ночью, оно будет преследовать каждый раз, когда их пути будут пересекаться, взгляды встречаться, а руки будут без прошлой осторожности чувствовать фантомные импульсы, пока не достигнут цели.
[indent]  Резкий щелчок по ноге отвлекает, и пока его губы продолжают прокладывать дорожку из ласк губами на шее, тремя пальцами она скользит по линии позвоночника снизу вверх, другой рукой хватаясь за предплечье волшебника. Волосы беспорядочном рассыпаются по спине, следуя за склоненной в сторону головой.
[indent] - Твоя. - Неожиданно для самой себя повторяет она, будто под пыткой и зажмуривает глаза от резкого движения.

Отредактировано Sophie Flamel (2018-07-21 17:34:59)

+1


Вы здесь » 1993, HP: TWISTED THINGS » Летопись завершённых историй » 02/10/1993, Is It Wrong?